– Мы, – начала она пересохшими губами, – не можем быть вместе.
От этих слов все внутри замерзло, но она обязана была это сказать! С таким высоким статусом он может найти себе кого-нибудь лучше.
Дамиан после этих слов потемнел лицом.
– Это из-за того, что ты сказала Винсенту? – спросил он. Его голос слегка дрожал.
Марина попыталась вспомнить, что она наговорила второму принцу. Когда в памяти всплыл инцидент с последним разговором между ней и Винсентом, она невольно покачала головой.
– Да, конечно, – спохватилась Марина, подумав, что ее прошлые слова вполне могут стать хорошей причиной. Ложной, конечно, но дело сейчас не в этом.
Вот только Дамиан слепым не был, он успел заметить легкое колебание. На его лице в одно мгновение расцвела улыбка.
– А я говорил ему, что ты солгала, – произнес он довольно.
– Я не…
– Ну хватит, – попросил он, глядя серьезно. – Назови настоящую причину.
Марина несколько мгновений сидела неподвижно, а потом вздохнула и все-таки решилась сказать правду.
– Вы будущий король, а я…
– А ты моя любимая женщина. Самое драгоценное сокровище, которое только может отыскать мужчина, – перебил он ее, уже понимая, куда клонит Марина. – Я знаю, что ты не принцесса, но кому это важно? Будь ты хоть прачкой, я бы все равно женился на тебе! Но нам повезло, не так ли? Ты благородная дочь аристократа, поэтому ни у кого не найдется ни одной претензии к твоему происхождению.
– Наше финансовое положение…
– Вот уж глупость, – фыркнул Дамиан. – Я принц! Моих денег хватит на десять наших жизней, еще и детям достанется!
– Наши характеры не подходят друг другу, – привела Марина еще один аргумент.
– Разве так не веселее? – лукаво спросил Дамиан, поднялся на ноги и поднял Марину за собой, а потом, обняв, неожиданно закружил ее по комнате в вальсе. – По мне, так мы идеально подходим друг другу.
– Не было такого! – принялась сопротивляться Марина, подавляя счастливую улыбку.
– Было, моя дорогая, не отрицай, – произнес он, резко крутанул ее и остановился. Его взгляд потяжелел. Он осматривал ее лицо с такой жаждой и надеждой, что становилось больно смотреть на него. – Я не услышал главного аргумента. Это дает мне право думать, что ты…"
"Он замолчал, внезапно ощутив неуверенность.