Неужели этот темноволосый милашка тоже играет на чем-то, кроме как на нервах?
Однако поинтересоваться насчет дэновских музыкальных умений я не успела. Парень поймал меня за руку и зачем-то уставился на нее.
– Ты чего, ошалел? У меня руки чистые. – Не поняла я его действий. Ну, маникюра нет, подумаешь: ногти быстро ломаются, а лак у меня быстро стирается – вот вчерашний желтый пришлось оттереть, потому что он по краям обколупался.
– Какая-то рука у тебя слабая, – с неподдельной заботой изучал мое собственное запястье и ладонь Смерч, вертя во все стороны.
– Нормальное поведение! – тут же с силой вырвала я свою руку. – Сам ешь побольше! Я тебя тут стою, дожидаюсь, а ты опаздываешь, приходишь и несешь всякую чушь, – я недоброжелательно взглянула на Смерчинского и спрятала кисть за спину, потирая ее другой рукой. Нет, определенно, у него руки странные и…
И только тут я заметила, что рядом с моим так называемым партнером стоят двое и смотрят на меня в упор, с большим интересом. Эти двое были весьма колоритными персонажам: высоченная девица с вызывающим макияжем и яркими рыжими волосами, которые упругими кудрями топорщились во все стороны, и хрупкий, достающий ей до плеча парень с выбритыми висками, облаченный в розовую вельветовую рубашку и очень-очень облегающие белые брюки.
– Это кто? – невежливо спросила я, смахивая с глаз челку, закрывающую обзор. Интересные личности: и у нее, и у него несколько высокомерные выражения лиц – как у князей, спустившихся к народу, кожа ухоженная-ухоженная и явная любовь к яркой одежде.
– Это наши помощники, – не удивился моему вопросу Дэн. Каждый раз, когда он звонил мне сегодня, дабы напомнить о нашей встрече, я спрашивала у него, что мы будем делать во время миссии № 2, и даже предлагала спихнуть Князеву под мост, мотивируя это тем, что там ей будет вполне комфортно – под мостами, судя по преданиям, живут ближайшие родственнички Олечки – тролли то есть.
– Вот как? – я вновь окинула парочку оценивающим взглядом.