Это ощущение длилось всего несколько секунд – когда я смотрела в его лицо с правильными чертами и выразительными глазами, которые были прикрыты длинными, как у девочки, коричневыми ресницами, зато ощущение тепла и доверия осталось на долгое время, чтобы время от времени возникать вновь. Он широко улыбнулся мне, и от такой улыбки стало еще теплее.
А после мы дружно молчали.
Смерч без слов достал из рюкзака свои большие фиолетовые наушники и сам надел их на меня, следом вынул навороченный плеер и еще одну пару наушников-капелек, подсоединил к плееру и их и засунул себе в уши.
А через полчаса у нас появилась возможность слушать музыку уже вживую, в том самом клубе, который был назван «Алигьери» в честь великого итальянского писателя и поэта начала эпохи Возрождения.
Остановка, на которой мы вышли, находилась как раз напротив этого высокого, да и широкого тоже, клуба, стилизованного под средневековый могучий замок. Светло-серый камень облицовки придавал зданию некоторую готическую мрачность, насыщая атмосферу вокруг средневековым колоритом, который еще больше подчеркивали узкие проемы окон на фасаде, декоративные ворота в виде полуциркульной арки, а также углы, выполненные в виде четырех остроконечных башен с круглыми окнами.
– Я тут ни разу не была, – произнесла я, с немалой долей интереса оглядывая фасад лжероманского здания.
– Все когда-то случается в первый раз, – отозвался Смерч и повел меня вперед, через аркообразные массивные ворота.