– Что ты там от меня скрываешь, а, молокосос? Какие там у тебя девицы еще кроме этой…
Парень поморщился и, сказав Князю и Нику, что «мы отойдем на секунду», вдруг закрыл мне рот теплой ладонью и бесцеремонно уволок метров на десять от лавочки. Вообще, честно сказать, меня уволочь сложно, я пинаюсь и дрыгаюсь, но со Смерчем этот фокус не прокатывал – всего лишь один внимательный взгляд, просящая полуулыбка, и я подчинялась его воле. Гипнотезер несчастный.
Он прислонил меня к большому старому стволу дерева, приблизился ко мне так, словно бы собирался съесть, положил ладонь на ствол, чуть выше моего плеча, и, ничего не говоря, вздохнул.
– Ты чего там сидела? – устало посмотрел он на меня. Веселье с его лица опять куда-то исчезло.
– Подслушивала. А чего ты мне врал? – нахмурилась я. – Чего ты мне врал, спрашиваю?!
– О чем же я тебе врал?
– Недоговаривал про какую-то там Инну и про сестру Тролля! И еще, по ходу, про кучу всего!
– Ах, это? Это не ложь.
– Вишня, – не стала покрывать я зеленоволосого.
– Вишня свое получит, – спокойно ответил Дэн, посмотрел на Ника и Ольгу, оставшихся на лавке, и даже помахал им. Они помахали в ответ.
– Так почему ты мне не сказал всего этого раньше?
– Это лишние подробности. Честно – все то, что поведал тебе мой словоохотливый друг, не относится к тому, что я пытаюсь разбить пару «Малышка Ольга и Клара», – с честными глазами щенка, который где-то нашкодил, отвечал парень.
Я задумалась. А попробуй тут не задумайся, когда над тобой навис очаровательный парень.
– Скажешь, ты мне вообще не врал? Что-то я копчиком чувствую, что ты меня за нос водишь, дурачила.
– Ну и манеры, Бурундук! Сколько раз тебе повторять, чтобы ты вела себя вежливо. Ты же девушка!
– А что, девушка, которая говорит такие слова, – не девушка? – возмутилась я.
– Ладно. Давай заключим временное перемирие, – серьезно предложил Дэн. – Мы пробудем с ними до тех пор, пока наша милая воровка не провернет свое дельце, и будем вести себя, как и прежде. Ты ведь хочешь быть со своим Никиточкой? – чуть недовольно спросил он, явно пародируя меня.
– Хочу? Еще бы. Это моя главная цель в жизни, – заявила я.
– Отлично. Мир? А после я тебе расскажу то, о чем немного… преувеличил.