Воронцов. Перезагрузка. Книга 6

Впереди Захар с Иваном, с мушкетами за плечами.

Увидя такую процессию, путники точно будут с дороги съезжать, уступая путь. Может даже шапки снимать в знак уважения. Эта мысль грела душу — не из гордыни какой-то, а из чувства общности, причастности к чему-то большому и важному. Словно мы не просто работники, едущие на лесопилку, а отряд, выполняющий важную миссию.

С этими положительными мыслями мы подъехали к Быстрянке, к моей лесопилке.

Глава 17

Мы ещё не успели спешиться, а я уже стал замечать неподдельное удивление в глазах кузнеца.

Савелий Кузьмич стоял, словно вкопанный, его взгляд медленно скользил по всей территории лесопилки, впитывая каждую деталь. Он смотрел на мост — крепкий, добротный, на толстых брёвнах. Потом его взгляд нашёл вагонетку, стоящую на направляющих. Дальше он перевёл взгляд на другой берег, где у нас стояла кузница.

На всё это Савелий Кузьмич смотрел с таким удивлением, будто перед ним предстало не простое рабочее место, а какое-то невиданное чудо.

Его брови поднялись, морщины на лбу обозначились чётче, а рот приоткрылся от изумления.

— Ну, пойдём, — сказал я, спрыгивая с коня. — Буду показывать, что тут да как.

Конь фыркнул, выпустив облако пара из ноздрей, и нетерпеливо переступил копытами, разбивая тонкую корочку льда на лужице. Пахом, подоспевший вовремя, принял у меня поводья и повёл лошадь к коновязи, где уже стояло несколько наших коней.

Нетерпение в глазах Савелия Кузьмича прям кричало, что ему всё очень интересно.

Он даже не замечал, как потирает руки от холода или, скорее, от волнения. Его взгляд метался от одной постройки к другой, словно он не мог решить, что хочет осмотреть в первую очередь.

Остальные мужики тоже спешились и, переговариваясь вполголоса, стали разбредаться по территории — кто к кузнице, кто к ангару, кто к ямам с углем да опилками. Каждый знал своё дело и не нуждался в указаниях. Только Ричард держался поближе к нам, явно желая поучаствовать в экскурсии.

Проходя мимо места, где у нас была каретка с пилами — сейчас снятая для зимнего хранения — я указал на жёлоб, по которому спускались брёвна. Жёлоб был широким, с гладкими краями, отполированными до блеска от постоянного трения.

— Вот здесь вот каретка была, — объяснял я, показывая рукой, где именно она располагалась, — с пилами, которые ты нам выковывал.

Кузнец кивнул, вспоминая заказы, которые мы ему делали не раз.