- Садись, Нур! Нет времени!
- Что случилось? – одними губами спрашивает мать. – Кто-то умер?
- Нет, - мотает головой отец. Я вижу, как он устал и раздражен. И совершенно не понимаю, почему к столу позвали меня. Обычно мы с матерью и братьями кушаем до его приезда. А потом, когда из офиса возвращается отец, Нур лично накрывает стол и ухаживает за ним. Затем двери на родительскую половину закрываются. Время с девяти вечера до утра посвящено общению Нур и отца. Естественно, перед тем как уйти отдыхать отец лично проверяет все замки.
А еще я рисую. Рисование – моя страсть. Отец потворствует моим прихотям. Покупает краски и холсты.
- Жаль, твои работы никто не увидит. Кроме постояльцев в гостинице Искандера, - усмехается он.
Но сегодня накатанный годами график сбивается под суровым взглядом отца. Отец и Нур ужинают, и я вместе с ними. Неслыханная вольность.
- Завтра летим в Москву, - вытирая рот белоснежной льняной салфеткой, говорит отец. – В Стамбуле пересадка.
13
- Зачем? – одними губами спрашивает мать, все еще не в силах поверить в происходящее.
- Хочу построить отель в Сочи, - морщится отец. – А бизнес в России лучше вести с российским паспортом в кармане. Для иностранцев очень высокие налоги и полно проверок.
- А нанять кого-то из местных? – нерешительно интересуется мать. – Есть же доверенные лица.
- А потом все подарить? Я не так богат, женщина, как ты себе вообразила, - усмехается он криво и пристально смотрит на Нур. Та опускает глаза. Но я чувствую, как у матери все клокочет внутри."
"- Получить российское гражданство очень сложно, - продолжает ворчливо отец.