И хотя сейчас Сэм служит у нее в Бель-Гарденс, после работы он вправе проводить свое свободное время где угодно и с кем угодно. Странное, однако, совпадение, что он решил навестить здешних своих друзей именно сегодня вечером, когда его новая хозяйка вознамерилась ограбить этот дом!
Взгляд Рэйчел упал на часы в углу. Без четверти девять. Ей следует поторопиться. Нужно набраться мужества и выполнить намеченное. Или, струсив, убраться домой.
Рэйчел решительно подошла к двери и открыла ее. Собравшись сделать шаг вперед, она тут же сделала шаг назад, потому что вновь услышала неясные мужские голоса, доносившиеся откуда-то из глубины дома.
Рэйчел испытывала невероятное волнение и любопытство, наблюдая за тем, как в прихожую со всего дома собирались слуги. Парочка служанок, перешептываясь, прошла мимо двери, заставив Рэйчел похолодеть.
И вдруг Рэйчел поняла, почему голос ее слуги звучал громче всех. Сэм протестовал против своего ареста! Он был под арестом! Сейчас Рэйчел видела его совершенно ясно. Два огромных лакея держали его, а Джозеф за что-то отчитывал. Дворецкий размахивал руками, потом вдруг сжал кулаки и стал угрожать ими Сэму.
Рэйчел шире открыла дверь, шагнула вперед и тут же закрыла за собой дверь, отрезав себе путь к отступлению.
В чем дело? Почему они все набросились на Сэма? Рэйчел осторожно осмотрелась. Впрочем, что бы Сэм ни натворил, суматоха, поднявшаяся из-за него, была лишь на руку Рэйчел. Нельзя было не воспользоваться сложившейся ситуацией.
Глубоко вздохнув и бросив взгляд на толпу, собравшуюся в прихожей, Рэйчел поспешила в противоположную сторону.
Глава четырнадцатая
– Мисс Мередит! Я искал вас!
Рэйчел мгновенно отшатнулась от открытого ящика стола, сдержав желание захлопнуть его, и спрятала за спину пистолет, который был у нес в руках.
– Как я понимаю, вы услышали шум и пришли сюда, чтобы выяснить, в чем дело. Странно, однако, что я нашел вас именно в этом кабинете, где все и случилось.
– Я… я, конечно же, слышала шум. Так здесь что-то случилось? – Рэйчел старалась говорить спокойно, хотя мысли ее путались.
– Неудивительно, что вы встревожились.