Вот и все, подумал Сэм, сейчас его уведут, и он уже никогда больше не увидит ни Анни, ни Норин.
– Ваше время истекло, мисс Мередит. Мы должны увести обвиняемого…
– Но мы еще не закончили разговор, – заявила Рэйчел.
Услышав это, Артур Гудвин улыбнулся.
– Вот вы и выдали себя, моя дорогая. Должен признаться, у меня были подозрения на этот счет. Действительно, странное совпадение: вы оказываетесь в доме в тот самый момент, когда ваш слуга здесь же крадет… ценные вещи. Кольцо действительно ценное, хотя любой вор понимает, что не так-то просто сбыть такую вещицу.
– Хозяин уже здесь и хочет разобраться, Гудвин… – протяжно произнес знакомый голос.
В комнате наступила томительная тишина. Коннор стоял в дверях, широко расставив ноги, одна рука в кармане бриджей, другая держит перекинутый через плечо фрак. Ворот рубашки расстегнут, глаза полузакрыты. Короче говоря, вид у лорда Дивейна был потрепанный.
Глянув через плечо в коридор, Коннор произнес:
– Джозеф, похоже, у меня слишком много слуг, – подтверждая этим, что он пьян.
Джозеф Уолш смотрел на хозяина, не в силах произнести ни слова.
– Я прав? – спросил Коннор, хмуря брови.
– Думаю, что лишних слуг в доме нет, – выдавил из себя Джозеф.
– Тогда скажи, почему по меньшей мере семеро слуг уставились на меня? Им больше нечем заняться? Может быть, их стоит выгнать?
Джозеф сглотнул.
– Я... все проверю, милорд.
– Будь добр, – Коннор многозначительно улыбнулся, – все проверь. Иначе я и тебя выгоню.
Джозеф поспешил к двери, глядя на слуг, застывших будто на картине. Коннор пропустил дворецкого, а потом вошел в комнату, остановив свой взгляд на Артуре Гудвине.
Посмотри на меня, молча умоляла Коннора Рэйчел. Посмотри на меня. И Коннор, словно услышав ее просьбу, повернул голову и посмотрел на нее.