Рэйчел у него в долгу, если принять во внимание все, что ему пришлось пережить по ее милости. Почему бы не воспользоваться ее уязвимостью с выгодой для себя? – подумал Коннор. Достаточно только захотеть. Почему бы сегодня же ночью… не соблазнить Рэйчел?
– Заинтригован? Чем же? – Джейсон неожиданно прервал мысли Коннора.
– Да так… Ничего особенного…
– Ничего особенного… – Джейсон подмигнул. – Кон, вспомни, что с тобой сделала эта женщина! Она распяла тебя! Выставила на посмешище! – закричал Джейсон, не сдержавшись.
Коннор поднял голову и посмотрел на звездное небо.
– Да, я знаю. И знал еще до того, как Памела Пембертон заявила об этом во всеуслышание на сегодняшнем вечере. Конечно, я знал… – тихо сказал он. – Но мне хотелось бы понять, что замышляет Эдгар Мередит. – Тон Коннора вдруг совершенно изменился. – Он слишком часто попадается мне на глаза. Куда бы я ни пошел, он тут как тут.
– Что же… Это хороший знак, – усмехнулся Джейсон. – У этого человека четыре дочери, и всех надо пристроить. Ты что, не понимаешь, почему он всюду следует по пятам за лордом Дивейном и его сотней тысяч акров земли? Боже, Кон! Это же яснее ясного!
– У него на выданье три дочери, причем одна из них скоро выходит замуж.
– Остается третья, самая старшая, которая когда-то тебе нравилась.
– Это уже из области истории… – Чувствуя на себе взгляд Джейсона, Коннор прислонился к перилам и посмотрел на освещенную луной лужайку. – Изабель сейчас было бы двадцать три года, – прошептал он.
– Ужасный случай… – Джейсон приблизился к Коннору. – Насколько я помню, это было воспаление легких?
– Скарлатина. В Йорке вспыхнула эпидемия.
– Ты уверен, что Рэйчел была в здравом рассудке в тот момент? Я не буду оригинальным, если скажу, что только сумасшедшая способна на такой поступок.
– Она была молода… Девятнадцать лет…
– Ее сестра была на два года моложе, но гораздо мудрее. Я слышал, что Изабель никуда не хотела ехать.