Моим ответом стал вопль:
— Старейшина!
Он упал с неба через вдох, промчался над мостовой, смел Сотака, утащил за горло обратно ввысь, на полсотни шагов ближе к облакам, пророкотал оттуда:
— Глупец! Я наказал тебя за проступок, но ты решил бросить вызов самому Небу, пойдя против меня? Что ты дёргаешься, глупец? Ты не помнишь эту технику? Ей сильные сковывают слабых, ты не только изначально был слабей меня, но и лишился после первого наказания больше тридцати пяти узлов. Смирись и прими свою судьбу и второе наказание, младший.
— Уважаемый! — раздался новый голос, полный силы и уверенности в себе. — Прошу не совершать необдуманных поступков. Того, что вы уже совершили, более чем достаточно.
Седой развернул свой летающий меч в сторону зависших в отдалении гостей. Три Предводителя на таких же мечах.
— Я слышу в твоих словах угрозу, младший, — спокойно сообщил Седой, но голос его всё равно продолжал далеко разноситься над городом.
— Лишь предупреждение, уважаемый, — теперь я видел того, кто отвечал.
"— Это глава вашей стражи? — тряхнул Сотака Седой. — Верно заметил молодой господин, вы, похоже, безумцы. Этот человек не встал на сторону молодого господина, отказался извиниться за ужасное гостеприимство, затем поднял руку на молодого господина и пролил его кровь. Я наказал его за пролитую кровь клана Гарой, отнял руку.
— Вы правы, потеря руки лишила его разума, уважаемый. Но с него довольно, отпустите его и давайте попробуем начать всё с начала.
— Просто отпустить? — переспросил Седой и покачал головой. — Разве это возможно? Я сообщил ему, за что лишил руки, он же снова напал на молодого господина. Кем я буду, если мои обещания и угрозы будут пустыми? Могу ли я после этого еще считаться старейшиной клана Гарой?
— А-а-а!
Свистнул меч и вниз полетела нога Сотака.
Седой многозначительно сообщил:
— Надеюсь, хоть этого вы сообразите поймать, — и разжал ладонь, сжатую на горле Сотака.
Даже до меня, стоя́щего дарс знает где от Седого, донеслись отголоски жажды убийства, которую выплеснули из себя старейшины Дизир.