Возвышение. Земли Ордена

Я вернул ограничение, стёр кровь с рассечённой щеки, больше проверяя, перенесла ли этот удар маска, чем беспокоясь о себе, сделал три шага вперёд, наклонился к хрипящему, однорукому дизирцу, покрытому десятками ран, сорвал с его пояса кисет и негромко сообщил:

— Надеюсь, этот день и то, как больно бывает падать с небес, посчитав себя сильным, ты запомнишь надолго. Как запомнишь и то, что только Гарой во Втором поясе первый клан и никто не смеет поднимать руку на одного из Гарой, — я уронил кисет рядом с правой ладонью дизирца и посоветовал.

— Ищи лечебное зелье, иначе не сумеешь передать эту мудрость другим, — потеряв к нему интерес, шагнул к Рейке, с тревогой спросив. — Сестра?

— Что сестра? — озлилась она из-под покрытого трещинами купола. — Я стою тут, в безопасности, а ты весь в крови.

— По большей части это кровь слабаков из Дизир, сестра.

— А по меньшей? — поджала она губы. — Щеку и вон ту дырку в груди не считаем?

— Не считаем, — с улыбкой согласился я и протянул руку. — Выходи. Похоже, выпить и поесть здесь всё равно не получится.

Переберёмся в другое место.

— Куда?

Я пожал плечами:

— Мало ли фракций на пути к землям Тириот? Что-нибудь да попадётся по пути.

Она хмыкнула и поддержала мою игру:

— Будем рассчитывать, что там местные окажутся менее безумными, Мар.

— Будем, сестра, — кивнул я и поднял взгляд к небу, вернее, чуть пониже, сегодня мне было не до мыслей о Небе, судьбе и тому, что ему интересно, хотя нельзя было не задуматься, интересно ли ему это побоище? Я ловил взглядом Седого, а поймав, рявкнул — Старейшина! Что-то мне местное гостеприимство отбило весь аппетит.

Хватит с них, улетаем.

Седой уже через пять вдохов был рядом с нами, снизив меч почти до мостовой, до каменного крошева, которое теперь было вместо неё. Пытаясь прикрыть обрывками халата совсем не старческую, бугрящуюся мускулами грудь, буркнул:

— В отличие от вас, молодой глава, я совсем не любитель схваток под ограничением. Либо биться во всю мощь, либо отказаться от всего, оказавшись в зонах запрета.

Ограничивать себя каким-то определённым уровнем силы совершенно не моё, у меня нет подобных навыков.

— Ты последнее время много ворчишь, старейшина, — заметил я, запрыгивая на его меч и подавая руку Рейке. — Неужели в истории Ордена не было тех, кто любил, сравнять свои силы с силой врага и таким образом унизить его своей победой?

— Кого только не было в истории Ордена, но я ведь не они.

— Справедливо, — не мог не согласиться я.