— За свою слабость, трусость и никчёмность и ты не представляешь глубину этой ненависти, — помолчав, Пересмешник тяжёлым голосом произнёс. — Хватит обо мне.
Теперь пожал плечами уже я и возобновил свой рассказ с того места, на котором разговор сбился. Разве это не обязанность главы фракции — сглаживать острые углы в отношениях своих людей? Не то чтобы это так уж было нужно, но и не помешало.
Когда силы в средоточии Пересмешника осталось треть и мы приземлились в лесу на медитацию, они общались друг с другом так, словно ничего и не случилось.
— Это почему ещё я должен уйти в сторону и оставить тебя с главой?
— Потому что это я тут не пойми кто, а ты советник. Глава за мной должен надзирать.
— Чего за тобой надзирать? А вот главу нужно охранять.
— Кого охранять? Его? — изумился Пересмешник. — От кого? В этом Поясе он сам сожрёт кого угодно.
— Сам говорил про скрытые таланты. Кто знает, какой силы здесь скрываются Стражи?
— Ты действительно думаешь, что хоть один Повелитель в здравом уме будет торчать в этом поясе? Ты можешь сколько угодно говорить, что это мне лишь кажется, но здесь сам воздух вытягивает из тебя энергию и не говори, что ещё полон сил и будешь собирать её только за компанию со мной, слабаком.
"— Неженка, не бывавший в Полях Битв, — расплылся в улыбке Седой, зато прекратил спорить и снова взвился в воздух.
Собирать силу в обычной медитации при их размерах средоточий и бедности силы здесь — занятие слишком долгое.
Но нет, обошлось, и спустя ещё две остановки мы добрались-таки не только до земель Ордена, но и до самого города Меча.
Седой задумчиво оглядел город, стену, ворота, огладил свою щетину и, наконец, произнёс:
— Достойно.
Я не видел Массивов и формаций, которые рассматривал Седой, но момента пересечения границы стены ожидал с некоторым волнением. Но ничего не произошло. Не вспыхнул нигде сигнальный огонь, не начала суетиться стража внизу, не взмыли в воздух сильнейшие орденцы.