Вспомнил про дружбу наивного дурочка-подростка и хитромудрого подонка? Она закончилась на мосту, с которого я прыгнул, а ты зассал! Говорить некогда и не о чём. Неделя!
Долгие гудки колоколом неизбежности били в ухо. Бумеранг возвращался, ударив по самому больному. Мужчина схватился за сердце и рухнул на мягкое сиденье стула…
Через пять дней.
Оскалившаяся беззубым ртом африканская маска, пустыми глазницами бесстрастно взирала на ссору отца с дочерью.
Комната с плотными тёмно-зелёными портьерами освещалась тусклым бра.
Мощный кулак ударил по дубовой столешнице. Серебряная чайная ложечка жалобно звякнула о стекло в серебряном же подстаканнике с чаем.
– Я сказал, ты выйдешь замуж за Демида Паратова!
– Объясни, кто это?
– Он появился в конце благотворительного вечера, но ушёл, сославшись на неотложные дела.
Седовласый мужчина сверлил взглядом худенькую, высокую девушку.
– Хотя тебя разглядеть успел… – В словах упрёк, словно Арина виновата в хорошем зрение главгада.
Мысли в её голове метались. Вот кем был тот незнакомец. Пришёл на смотрины? Но, он её ненавидит. К чему вся эта игра?
– Ни за что! За этого старика? – дерзко фырчала она в ответ. Перед глазами стояла злая усмешка претендента в мужья. – Имя и то противное! К тому же он меня презирает!
– С чего ты взяла? Имя как имя, – отец пригладил ладонью поредевшие волосы.
Арина не собиралась отступать.
– У меня уже есть жених. Я люблю Артёма!
Мужчина усмехнулся. Смазливого прожигателя жизни кандидатом в зятья он не рассматривал.
– И отправитесь жить на помойку! Вместе с вами и мы всем семейством. Плевать, что маме нужна пересадка сердца, я еле хожу, а Денис так и не смог доучиться в Гарварде? – Он выговаривал слова жёстко, каждым больно раня в самое сердце.
– Так нечестно! – она топнула ногой. – Почему я? Брат может жениться на дочке Питехина. Ксюха давно кипятком по нему писает.
Мужчина пожал плечами.
– Жизнь вообще штука несправедливая. Если я через два дня объявлю о банкротстве, кому вы оба будете нужны?– Она видела в тёплых глазах отца боль. По своей воле он никогда не отдал бы её богатому старику.