Я сатанела от трупов и дурацких надписей кровью, от такси я тоже сатанела и решила, что сегодня же выпрошу у Деда машину. В конце концов, работая на него, я вовсе не обязана сбивать себе ноги.
В “Пирамиде” об очередной утрате уже знали. Настроение здесь царило похоронное, что моего, конечно, тоже не улучшило. Девицы бледными тенями сновали между посетителями, танцовщица на эстраде выглядела такой испуганной, что никаких чувств, кроме жалости, вызвать не могла. Мое появление здесь ожидали, кабинет Геннадия Сергеевича был предоставлен в мое распоряжение, и я смогла поговорить с девушками.
Тут будет реклама 1
Все в один голос утверждали, что у Нинель (так звали погибшую) был постоянный приятель, он ее ревновал и колотил нещадно. Раза два пришлось вызывать милицию. Но несмотря на это, она продолжала заводить друзей. Один как раз появился недавно, денег у него куры не клюют. Далее следовал вопрос: не его ли убили? “Может, и его”, – кивала я и задавала свой: “Как он выглядел?” Высокий, бритый, рожа неприятная, зовут Сергей, это точно, Нинка его Сереженькой называла, работает то ли охранником, то ли шофером, одно ясно: хозяин у него крутой и парень под стать хозяину.
Тут будет реклама 2
О крутом хозяине толком ничего не знали, хотя я была уверена, что они осведомлены, кто он такой, но говорить вслух опасаются, и я прекрасно понимала граждан.
Слушая все это, я вертела в руке карандаш и думала о Марке. Отсутствие у него интереса к женщинам исключало его из числа предполагаемых любовников погибшей Нинель, да и описание ему не соответствовало.
Тут будет реклама 3
Зато оно идеально подходило другому человеку, которого, кстати, звали Сергей, шоферу Нефедова, он здесь частенько отирался, к тому же именно его я видела ласково воркующим с Нинель. Схема, в общем-то, выстраивалась, но у меня зубы начинало ломить, лишь только я представляла как все это воспримет Дед. Даже если у меня будут неопровержимые доказательства, еще вопрос, станет ли Дед слушать меня, а пока нет никаких доказательств, не стоит и соваться.
Тут будет реклама 4
Последней из девушек была Вероника. С прошлой нашей встречи она заметно осунулась, а когда закуривала, руки так дрожали, что зажигалкой пришлось воспользоваться мне.
– Как дела? – спросила я и улыбнулась, она посмотрела на меня как на чокнутую, но ответила:
– Нормально. – Помолчав, она вздохнула. – Он ей опять живот вспорол?
– Нет, – поспешила я ее успокоить, – но оставил надпись и баксы.
