Отсюда мне прекрасно видна каждая деталь, вплоть до маленькой родинки под правым глазом, которую я раньше любила, как и всё в нём.
Чёткая линия челюсти, прямой крупный нос, твёрдые губы, которые на ощупь очень мягкие.
Выразительные карие глаза замерли на моём лице.
Цепкие. Изучающие.
Мои глаза просто самопроизвольно падают на его губы, которые изгибаются в лёгкой улыбке, а потом произносят:
— Привет, КАтёнок.
Мне нужно несколько секунд, чтобы мозг сложил буквы в слова, а сердце перестало трепыхаться от этого наибрутальнейшего обращения.
О, мама…
Хватит, остановись!
Кусаю губу и поднимаю глаза. Натыкаюсь на лукавый взгляд.
Краснею.
Я уже не контролирую этот процесс. Какой ПОЗОР!
Даже по шее красные пятна бегут.
Понимаю, что должна что-то ответить, поэтому брякаю первое, что приходит в голову, состроив рожицу:
— Саламчик…
Паша ухмыляется, и кладёт руки в карманы брюк, продолжая за мной наблюдать.
Отворачиваюсь, чтобы найти свой бокал и замечаю, с каким затаённым любопытством наблюдает за нами моя подруга.
Хмурюсь, когда вижу, что её пивной бокал стоит на бирдекеле (подставка под кружку, предназначенная для защиты стола от капели и пивной пены — прим.
Да, вот так лучше.
Света игнорирует этот жест в силу привычки и, встрепенувшись, начинает тараторить:
— Я тут рассказывала ребятам, как попала на телек. Это ведь ты услышала про этот кастинг, помнишь?
— Угу, — отзываюсь я, хватая свое вино и делая большой-прибольшой глоток.
Света из породы людей, которым всегда во всём везёт. Я не сомневалась, что у неё шансы на том кастинге 80/20.
— А ты чем занимаешься, Паша? Давно вернулся?.. — обличает она мои насущные мысли в слова, как и положено настоящей подруге.
В нетерпении черчу на барной стойке квадратики пальцем, поглядывая на него. Он тоже не спускает с меня глаз. Только его взгляд прямой и целенаправленный.