Сейчас меня снедает желание выцарапать ему глаза. Или садануть лбом по носу.
Чувствую его тело КАЖДЫМ МИЛЛИМЕТРОМ своего. КАЖДЫЙ ТВЁРДЫЙ САНТИМЕТР. И это самое естественное состояние на свете. Вдыхаю его запах, дернувшись так, будто вдохнула цемента.
НЕЕЕЕЕЕТ!
— Отпусти! ОТПУУУУСТИИИИИИ! — требую, схватившись за лацканы чёрного пиджака.
— Закрой рот, — шепчет этот психопат мне на ухо, накрывая ладонью мою ягодицу и сжимая её через тонкую ткань. Дёргаюсь, ощущая животом его стояк, и утыкаюсь лбом в его грудь, потому что даже пошевелиться не могу.
[1] Потанцуем?
[2] Не бойся, малышка.
[3] Только не раздави меня, малыш.
[4] Я буду осторожен, ангел.
[5] Она со мной!
[6] Это моя женщина.
Глава 10
— Что ты несёшь, Благов?.. — спрашиваю, приподняв голову и глядя ему в глаза.
Стараюсь звучать возмущённо, но вышло по-дурацки взволнованно. Это объясняется трепетом моего сердечка, потому что его глаза самые карие на свете.
Ненавижу себя.
— Free, Matthews[1], - бросает Паша, не отрывая глаз от моих. В них плещется наглость, как и в его тоне.
Опасливо оглядываюсь, чтобы понять, как много людей стало свидетелями этого столкновения. Как минимум Света, которая наблюдает за нами, прикрыв от восторга рот. Ещё несколько человек поглядывают с любопытством, не пытаясь его скрывать.
Мой ухажёр сливается, даже не став спорить. Он выглядит так, будто способен сломать Благова об колено, мог бы спросить, что я сама об этом думаю, мне показалось, мы успели стать друзьями.
Вздрагиваю, поджимая плечо, и смотрю на Пашу негодующе, потому что он проводит пальцами по голой коже от моего локтя до предплечья, возвращая на место бретельку, умудрившись сделать этот простой жест до невозможности интимный.
— Что ты делаешь? — пищу, снова утыкаясь лбом ему в грудь, потому что его пальцы теперь мягко проходятся по моим позвонкам до заднего выреза платья.
Вниз, потом вверх.
Аааааа…
Приятное покалывание растекается по шее и спине.
У меня не было какого-то плана, а теперь и не появится.
Я наслаждаюсь.
Можете сжечь меня на костре за это, но я цепляюсь ладонью за широкое плечо, обхватив его со спины, и закрываю глаза, прижавшись к нему щекой. Рука на моей талии расслабляется, и я теперь могу дышать свободно, но это не особо способствует шевелению моих мозгов. Может, у меня их уже совсем не осталось, после того, как он назвал меня «своей женщиной».