И это тоже была проблема.
Я обняла его со спины, поцеловала в шею и прошептала:
— Это правда, Макс. Я просто боюсь. Но если ты не веришь мне, я пойму.
Я не могла признаться ему, что в отношениях теряю себя, что пытаюсь угодить партнёру, даже в ущерб себе. И даже сейчас, находясь рядом с Максом, я уже видела те же порывы: подавить свои желания и сомнения, лишь бы не расстраивать его.
Макс сидел неподвижно, словно камень, и не реагировал. Я с горечью осознала, что если он сейчас скажет, что это его не устраивает, между нами всё закончится.
Я легла на кровать и уставилась в потолок, а Макс все еще сидел на краю кровати, не оборачиваясь ко мне, и его поза ясно говорила о том, что происходящее его не устраивает.
Если он уйдет, я отпущу его. Мы станем коллегами, как я и планировала.
Я не могу дать ему то, чего он хочет. Прежде чем впускать кого-то в свою жизнь, я должна медленно и упорно работать над своими ошибками. Если я сейчас уступлю, это будет первый шаг к повторению тех же больных отношений, что были с Робертом.
Макс молчал, и вскоре я услышала, как он встал. Будто нож полоснул по сердцу, но Макс имеет право на этот выбор, он не обязан носиться с моими травмами."
"И я… я тоже имею право на выбор — прорабатывать ошибки прошлых отношений, не вступая в новые.
Значит, так будет лучше, думала я, надеясь, что это не разрушит наши отношения как коллег. Мы оба сознательно ввязались в открытую борьбу против его отца, и я не хотела, чтобы личные обиды мешали нашей совместной цели.
Отвернувшись, я закрыла глаза, пытаясь справиться с болью в груди и уснуть.
Точкой… Точкой…
Как же тяжело даже думать об этом.
Но вместо того, чтобы уйти, он снова лег рядом, и я почувствовала, как матрас прогнулся под его весом. Сильные руки обвили меня, притягивая меня спиной к его груди.
— Кажется, когда мы не разговариваем, у нас всё получается лучше, Айви, — хрипло усмехнулся он, целуя меня в плечо.
Он продолжал держать меня спиной к себе, осыпая поцелуями мою шею, уши, плечи. Его тело прижималось к моим ягодицам, руки скользили по моим бедрам и груди. Казалось, он не хотел, чтобы я видела его лицо.
— Я бы хотел изменить прошлое, сделать всё иначе. Наши отношения развивались не так, как должны были.