О герцоге Каенаре ходило множество слухов, но всем было известно, что он не по годам ответственный, мудрый и сдержанный юноша, что было вовсе не свойственно выходцам из военной аристократии, но целиком и полностью соответствовало облику настоящего императора в молодости. И это сходство в поведении и моральных ценностях, народ оценил куда больше, нежели сходство внешнее. Но когда, в полном соответствии с этикетом, соблюдая каждый жест, каждый шаг, каждое предписанное правилами движение, кронпринц Кераернаэран поднялся по ступеням императорского храма, получил корону наследника империи и повернулся к присутствующим, в толпе послышались изумленные возгласы.
- Разнятся лишь цвет волос и цвет глаз, в остальном сын копия отца!
- Они так похожи!
- Статные фигуры, отлитые как по единому эталону!
- Он истинный сын!
И много всего прочего.
- Асьен, - магистр был мстительно избран мной в качестве опоры, и эксплуатировался весьма безжалостно, - да проснись же ты! Смотри! Они действительно похожи. А я, я-то, в жизни не замечал.
- Угу, -подтвердила, снова засыпая.
- Наглая девчонка, что значит «угу»? Да как ты… Асьен, ты сопеть всю коронацию собираешься? Это же исторические минуты! Как можно пропускать такое?
- Коронация будет длиться еще три часа… Прошу вас, стойте ровно.
Негодующе посопев, магистр все же покладисто позволил мне спать, привалившись к его плечу. Однако, его покладистость, как оказалось, имела под собой некоторые не самые приятные основания.
- Слышал… Каенар приходил к тебе несколько раз ночью, а после и вовсе остался до утра, -словно ни к кому не обращаясь, протянул магистр.
Я почти проснулась от подобного.
- Император был в гневе, когда выяснилось, что сын не явился вовремя по причине пребывания в объятиях любовницы, но ему пришлось смириться в итоге. И, поразмыслив, я тут вспомнил, что беременных всегда тянет на сон… Спи, солнышко, спи. Если что я тебя поддержу и не дам упасть, так что отдыхай, детка.
А я окончательно проснулась!
- Мы занимались этикетом! - возмущенно выдохнула.
- Да как ни назови, главное что занимались, - хмыкнул магистр Берион.
Осознав, что пытаться возразить совершенно бессмысленно, я воспользовалась милостиво предложенной поддержкой, и продремала императорскую речь, речь епископа, наставления архиепископа, но заставила себя взбодриться, едва настала очередь выступления Каенара."
"В соборе, как и полагается, присутствовал только цвет общества -аристократия.