Правда, в этих местах они совсем не пуганые и жирные, каждый чуть менее двух фунтов, но все равно слишком близко не подползешь. Но теперь он решил зажарить себе трех и нормально поесть, а остальных берг сырыми сожрет и не подавится.
Когда потянуло дымком жарящегося мяса, Дарк давился слюной, но решил есть только прожаренное мясо, хватит уже, как дикому зверю, питаться сырым и с кровью. Наконец он решил, что все готово, снял первую тушку и принялся, обжигаясь, глотать горячее и такое вкусное мясо. Проглотив первую тушку и утолив первый голод, он неспеша стал есть вторую.
Берг появился совершенно бесшумно и принес небольшую косулю.
– Ну, теперь ты совсем здоров, охотиться можешь и с голоду не пропадешь, только больше ни с кем не дерись, пока не вырастешь. А то снова в переделку попадешь, а меня рядом не будет, – и Дарк автоматически погладил Берга и, уже совершая действие, испугался, что берг может одним движением отхватить ему руку.
Насобирав хвороста, чтобы подкидывать ночью, он, наконец-то сытый, впервые за несколько месяцев спокойно уснул. Несколько раз просыпался, чтобы подкинуть хворост в костер, и снова засыпал. Берг, как всегда, спал рядом, и, несмотря на осенний холод, ночами Дарку было тепло и даже жарко.
В этом леске он провел несколько дней: жарил мясо, которое приносил берг, отъедался и отсыпался. Рыскал по округе и в двух километрах от стоянки нашел накатанную дорогу в горы, наверное, ведущую на перевал и пост пограничников. Он прекрасно понимал, что сидеть тут не имеет смысла. Надо уходить в королевство Кармина, потому что тут он – преступник, любой его может убить или, поймав, снова отправить на каторгу. Напившись перед дорогой, Дарк поднялся: как не хотелось ему отсюда уходить, но он понимал, что задерживаться тут не стоит.
– Ты со мной пойдешь? – спросил он берга. – Ну, смотри, не хочешь – оставайся, а я пойду, – и начал потихоньку подниматься в горы по найденной дороге.
Первую ночь он спал в небольшой расщелине, ужасно мерз и утром, проснувшись, побыстрее отправился снова в путь, чтобы хоть как-то согреться. Старая и уже ветхая одежда не грела, а больше у него ничего и не было.