Террорист убивает его, убивает мистера Лембека, и она не может ему помочь. Хосефа рыдала, пока шла вперёд.
Она волокла ослабшие ноги, держась за длинные поручни. Этот вагон был купейным. Хосефа хотела открыть одну из дверей, ворваться к кому-нибудь, попросить помощи, но поняла, что лишь подставит других. Если она спрячется здесь, если здесь тоже есть люди, он убьёт и их всех, если они ещё живы, если они…
Хосефа остановилась.
Криков уже не было слышно, как и его шагов. Собрав последние силы, она посмотрела назад – в тамбуре было пусто.
Он открыл двери вагона, догадалась она, и сбросил мёртвое тело. Значит, все они были правы – тела не просто так исчезали, их сбрасывали на ходу.
И с ней он поступит так же.
Она ускорила шаг. Быстрее, быстрее, спрятаться где-то. Купе, ещё одно и ещё. Не открыв ни одну из дверей, не постучав ни к кому, Хосефа дошла до последней."
"Тамбур был совершенно пустой. Двери следующего вагона отличались от всех предыдущих – последний вагон был багажный.
Хосефа пробиралась мимо вещей и никому не нужных сумок. Кто-то из хозяев был уже мёртв, если не все. Хосефа решила, что спрячется в них. Она подбежала к двери выгрузки багажа и открыла её. Сильный ветер хлестал по щекам, яркий свет ослеплял, но не сильно, Хосефа попятилась к сумкам.
Секунды превратились в минуты, дыхание её стало громким, таким немыслимо громким, каким оно бывает всегда, когда нужно молчать. Сжав в руках металлическую задвижку, она слушала каждый шаг – он был уже здесь, совсем рядом.
Хосефа теряла сознание, предательски подступившая дрожь ослабила её пальцы, металлическая задвижка – единственный шанс на спасемье, чуть не выскользнула из рук. У неё гудело в ушах.
– Вы здесь? – услышала она его голос.
Господи, он с ней говорит!
– Хосефа!
Он знает её имя…
– Не надо прятаться. – Силуэт встал над ней.
Хосефа не видела почти ничего, она смогла лишь на него замахнуться.