Фаланги его тренированных пальцев покрылись жесткими мозолями, и кулак напоминал палицу первобытного человека. Такая штуковина ломала переносицу с одного удара. Колян отступил на два шага и сжатым кулаком поманил к себе Горыныча и круглолицего.
– Контакт в полную силу, – предупредил Колян, – если, конечно не хотите, чтобы мои парни использовали вас вместо боксерских груш.
Предупреждение прозвучало весьма грозно.
Первым ударил круглолицый. Удар с правой был прямой и очень хлесткий, однако не достиг цели.
– А-a!!! – неожиданно заорал круглолицый и яростно принялся наносить удары попеременно то с правой, то с левой.
– Вот-вот, отлично! – похвалил Колян.
С его лица не сходила благодушная улыбка. Происходящее забавляло его. Он чувствовал себя совершенно неуязвимым.
На лице круглолицего промелькнула болезненная гримаса, – очевидно, он разбил о предплечье Коляна костяшки пальцев. Горыныч старался не отставать, делал выпады, пытаясь нанести удары по корпусу и в голову, но Колян с легкостью уворачивался от них.
– Все, покуражились, а теперь я ударю! – объявил бригадир.
Он отпрянул назад, слегка согнув ноги в коленях, поднял руки высоко вверх и с силой опустил их вниз, словно нанося удар локтями какому-то невидимому противнику.
Неожиданно он подпрыгнул и, развернувшись в воздухе, с размаху пнул ступней круглолицего в лицо. Удар оказался настолько сильным, что голова крепыша резко запрокинулась назад и он, нелепо дрыгая ногами в воздухе, отлетел далеко за татами."
"Колян уже стоял на ногах, словно кошка, которая, падая с любой высоты, обязательно становится на все четыре лапы.
– Теперь твоя очередь. Ну, смелей! – весело подбодрил Колян Славика, подзывая его к себе двумя поднятыми кулаками.
Два пехотинца деловито потащили круглолицего к двери за ноги. Тот, распростав руки в стороны, безжизненно волочился по полу, словно труп. Впрочем, летальный исход не исключался. Подумаешь, пустяк! Колян имел кучу способов избавиться от такой безделицы, как покойник.