Пес, возмущенно фыркнув, поплелся к подъезду.
— Может быть, мы его тоже возьмем? — предложила Таня.
— Ты что? Не вздумай! — немедленно запротестовал Тема. — У этих старушек знаешь какие заскоки бывают. Некоторые вообще никаких животных не переносят. А у других от возраста какая-то особая астма развивается. И шерсть собак или кошек ее усиливает. Я про одну бабку слыхал. К ней дочь явилась с котенком. А бабка вдруг начала кашлять и умерла. Даже врачам «Скорой помощи» не удалось ей помочь."
"— Пожалуй, ты прав, — согласился Олег.
Он отвел Вульфа обратно. Потом ребята тронулись в путь. Большая Спасская и Портняжный представляли собой явление весьма-таки странное. Сворачивая с Садового кольца и минуя длинное приземистое здание бывших Спасских казарм, словно внезапно оказываешься в каком-нибудь «спальном» районе города. Насколько хватает глаз, хаотично разбросаны современные многоэтажки. Лишь с десяток уцелевших особняков и доходных домов дореволюционной постройки свидетельствуют, что ты все же в центре старой Москвы.
Друзья прошли гостиницу «Волга».
— Переходим! — скомандовала Катя.
На другой стороне Большой Спасской стоял продовольственный магазин со стеклянными дверями.
— Мальчики, ждите нас тут, — последовало новое распоряжение, и девочки вошли
внутрь.
— Теперь полчаса проторчим на морозе, — проворчал Тема.
— Нет, думаю, что быстрее, — придерживался другой точки зрения Женька. — Список-то вроде бы небольшой.
— Небольшой, небольшой, — стоял на своем Темыч. — Неужели не знаешь: когда существо женского пола в магазин попадает, обратно не вытащишь.
— Это когда духи, или одежда, или что-то хозяйственное, — внес Олег уточнение. — Тут-то чего торчать.
— Неважно, — отвечал Тема. — Моя мать, например, когда в магазин попадает, должна там все рассмотреть. Даже если ей нужен всего один помидор.
Олег и Женька не нашлись, что ответить. Темина мама, Надежда Васильевна, была женщиной специфической. Время у нее в основном поглощала уборка квартиры, которую она пылесосила чуть ли не дважды в день.