– А тебе зачем?
В ответ Белова распустила волосы, резко сдернув с них резинку.
Дождавшись, когда ее светлые пряди эффектно рассыпятся по плечам, горделиво вскинула подбородок. Уперев руки в бока, соблазнительно промурлыкала:
– Врубаем музычку, и наслаждаемся представлением!"
"– О-о-о-о-о! – одобрительно загудела толпа, преимущественно мужскими голосами.
Пока Наташка подбирала подходящую композицию, Лена всучила Ирине собственный телефон (чтобы та снимала ее на видео для «инсты») и приняла красивую позу.
Однако в тот же миг почувствовала, что кто-то, кривляясь, приблизился к ней со спины. Предпринять ничего не успела, да и Синицына отреагировала раньше:
– Свали из кадра, Рома! – рявкнула подруга возмущенно. – Живо!
– Больно надо! – хохотнул Чернев, но спорить с ней не решился – отошел в сторону.
Наконец, заиграла популярная клубная композиция и Белова начала танцевать.
Всю страсть, весь свой задор и чувственность она вкладывала в каждое движение.
В ход шли и плавные соблазнительные связки, и более агрессивные резкие переходы.
Лена до такой степени распалилась, желая уделать Романцеву по полной программе, что не сразу заметила, как в спортзале воцарилась гробовая тишина. Ничего не понимая, вопросительно посмотрела на Ирину. Та в свою очередь напряженно вглядывалась куда-то за ее спину. Сложив дважды два, она страшно разозлилась.
«Чернев, гад! Такой шикарный танец испоганил!»
– Ты что, совсем охренел? – завопила гневно, оборачиваясь на девяносто градусов.
Слова застряли на языке, а сердце ухнуло в бездонную пропасть.
Ибо над ней возвышался сейчас вовсе не Ромка.
«Ой, Божечки…»
Глава 8
С совершенно непроницаемым выражением лица, на нее задумчиво взирал вчерашний незнакомец. Тот самый, с которым она случайно столкнулась на школьном крыльце. Тот самый, который удержал ее от падения, а затем ушел, не выслушав благодарностей в свой адрес. Тот самый, чьи нечаянные объятия породили в душе целую бурю эмоций, и буквально лишили воли.
«Но что он здесь делает? – не давала покоя тревожная мысль. – Как попал сюда? А главное – зачем? И, вообще, почему он в спортивной одежде?»
Секунды казались вечностью. Сознание прояснялось.
Но чем дольше Лена разглядывала мужчину, тем сложнее становилось дышать.