Это, в какой-то момент, начало походить на молчаливый и таинственный разговор.
– Пока луна не умрет и не родиться вновь – не больше.
Лунный месяц… всего двадцать восемь дней.
– Тогда, прошу, Хранитель Прошлого, где мне отыскать свою душу?"
"Старик вновь повернулся к Хаджару.
– Ты уверен, что хочешь этого, Хаджар?
– Разумеется! Кто может отказаться от того, чтобы жить с цельной душой.
Хранитель только усмехнулся. Немного грустно и печально.
– Ты удивишься тому, скольких людей я видел, которые отдали бы многое, если не все, чтобы оказаться на твоем месте.
– О чем вы…
– О том, что с половиной души жить проще, чем с целой. Когда ты вернешь её… если ты вернешь её, то на тебя разом обрушиться вся тяжесть той тьмы, что ты выбросил вместе с ней. А еще появятся чувства. Те, которые раньше спали внутри тебя, которым не хватало сил, чтобы выйти наружу. Любовь, ненависть, страх, вожделение, мечты, счастье – они станут ярче. Станут острее. Они могут убить тебя, Хаджар. Ты уверен, что готов к этому?
Хаджар вспомнил силуэт, стоящий на Горе Стихий.
Он вспомнил слезы.
Слезы на своем лице, и слова, произнесенные его собственной душой.
– “Я лишь хотел биться с тобой… плечом к плечу…”.
Нет, Хаджар Дархан, Безумный Генерал, никогда не бросал своих в беде. И, может, будучи ребенком, прийдя в этот мир израненным и битым, он и поддался страху и разделил свою душу надвое.
Но сейчас он уже не был тем калекой, что корил себя за слабость и бессилие.
Он – Хаджар Дархан.
Он – Безумный Генерал.
Он воин.
И он будет сражаться до тех пор, пока его сердце бьется, а в руках поет горячая сталь. Пока враг стоит на ногах, Хаджар Дархан никогда не опустится на колени.
– Готов, – кивнул он.
Глава 878
– Это произошло в те далекие времена, – начал рассказ старик. – когда Изначально-рожденные свободно ходили по этой земле. Они были первыми, кто видел небо и землю. Кто погрузился в воду и вышел на свет, чтобы обсохнуть.
Хаджар обратился в слух. Возможно, от этой истории зависела его жизнь.
– Но они не знали, как называется то, что есть вокруг них. И тогда они услышали голос. Голос, который давал имена всему, что их окружало.
– Голос? Но кому он принадлежал.
– Хороший вопрос, Хаджар, – хмыкнул Хранитель, который, кажется, не был против того, чтобы его перебивали.