В итоге уже из самого выхода из замка, но Имир все же смог его догнать.
– Нам надо кое-что обсудить, – начал Имир. Голос у него, под стать богато украшенным ножнам длинного, узкого меча, звучал богато и будто даже сверкал.
Если голос вообще мог “сверкать”…
– И что вы хотите обсудить, старший наследник дома Тарезов?
– Для начала – просто Карейн, – Имир протянул руку и представился одним из множества своих псевдонимов.
Но, даже такой поворот событий можно было считать чем-то из ряда вон выходящим. Хаджар, скорее машинально, нежели по собственному желанию, ответил на жест.
– Вот и славно, – улыбнулся Карейн. Было в его улыбке что-то такое, что давало понять отчего вторым, после почившего Лариса, сердцеедом считался именно старший наследник дома Тарез. – Я слышал о том, какие у вас, мечник Дархан, сложились…
– Можно просто – Хаджар.
Карейн вновь улыбнулся.
– Какие у тебя, Хаджар, – поправился он. – Сложились отношения с аристократией и…
– И какие же у меня сложились отношения?"
"Уже второй раз подряд Хаджар позволял себе перебивать старшего наследника одного из крупнейших аристократических домов Империи.
Но, кажется, Имир не предавал этому ровно никакого значения.
– Для начала – глава Хищных Клинков уже успел прилюдно принести клятву, что отправит тебя к праотцам, – ну хоть какие-то хорошие новости… – К тому же тебе не чествуют и в доме Вечной Горы. Зеленый Молот вообще питает к тебе лютую, пусть и тихую, ненависть.
Хаджар слегка изогнул бровь.
– Ты не упомянул свой дом – дом Тарезов.
Имир улыбнулся даже шире, чем прежде.
– Несмотря на это, – он похлопал свои богатые ножны, внутри которых лежал Императорский Клинок. – мы дом торговцев. Мы ищем там, где больше выгоды и заключаем соглашения с теми, кто нам эту выгоду принесет.
– И что – со мной выгодно?
– Время покажет, –пожал плечами Имир. – А пока что нам вместе предстоит пережить не самое простое приключение. Смерть всегда будет рядом. И я хотел, чтобы ты знал, что несмотря ни на что, пока мы не завершим наш поход – ты всегда можешь рассчитывать на мой меч.
Что же, наверное, это было настолько честно, насколько только мог себе позволить сын одного из самых скользких людей Империи.