И действительно, между деревьями мерцали тусклые отблески. Наша погоня наконец-то приближалась к финалу.
Внезапно воздух прорезал оглушительный треск. Прямо перед нами накренилось огромное дерево. Казалось, что время замедлилось — ствол, толщиной в обхват трех мужчин, начал падать прямо на дорогу.
— Вот дерьмо! — вырвалось у меня.
Мой жеребец испуганно заржал и взвился на дыбы. Руки соскользнули с поводьев, и я почувствовал, как мое тело стремительно летит вниз. Инстинкты сработали раньше мысли.
— Перемести! — отдал приказ я, пространство вокруг меня исказилось.
Вместо болезненного удара о землю я плавно опустился на ноги в двух шагах от обезумевшей лошади. Сердце колотилось как бешеное, но магия сработала безупречно.
Виктор, в отличие от меня, магию не использовал, потому что не мог. В момент, когда его конь встал на дыбы, он перегруппировался с грацией акробата и спрыгнул на землю, перекатившись по траве.
— Шоу окончено? — спросил он с невозмутимым видом, отряхивая с рукава грязь.
— Я бы назвал это скорее антрактом, — я попытался успокоить своего коня, который все еще нервно переступал с ноги на ногу. — Как думаешь, кто-то специально завалил дерево?
Виктор подошел к упавшему стволу и внимательно осмотрел место слома.
— Нет, естественное падение. Оно давно подгнивало у основания, — он постучал по трухлявой древесине. — Просто невезение. Я бы сказал колоссальное и очень своевременное невезение.
Я взглянул на преграду, перекрывшую дорогу.
— Придется в обход.
Виктор задумчиво оглядел лесную тропу.
— Можно перевести лошадей через ствол.
— Как? — я скептически оглядел массивное дерево. — Заставить их перепрыгнуть?
— Смотри и учись, — он взял поводья своего коня и подвел его к препятствию.
Что-то тихо шепнул животному на ухо, провел рукой по шее. Лошадь внезапно успокоилась и, к моему изумлению, взяв разгон в пару шагов, филигранно перепрыгнула дерево.
— Твоя очередь, — Виктор протянул руку за поводьями моего жеребца.
— Нет уж, — я отстранился. — Позволь мне попробовать. Если у тебя получилось, то и у меня выйдет.
Копируя действия Виктора, я подвел коня к препятствию и попытался настроиться на его ритм. Жеребец нервно переступал, не желая приближаться к стволу. Я вспомнил, как в детстве дед шептал что-то лошадям, прежде чем те его слушались.
— Ну же, парень, — я потрепал его по холке, — уверяю, ты справишься. Это всего лишь дерево.