– Здесь подают отличный тыквенный суп на сливках и с гренками и самый лучший кофе в столице!
Дамы вышли из экипажа, и, встреченные метрдотелем, погрузились в атмосферу модного заведения в обеденный час. Их проводили на галерею, туда, где столики разделялись туго натянутыми полотнищами экзотических тканей, расшитых арабесками. Пол устилали ковры, всюду стояли диваны, усыпанные подушками, но их сопровождающий привел леди туда, где стояли обычные столы и стулья.
Уютный круглый стол, украшенный каменной мозаикой, прямо при них накрыли белоснежной скатертью, потом покрыли алой салфеткой и в минуту уставили узорчатой посудой и приборами.
Тепло, пряные запахи, тонкий напев зурны и дудука навевали восточную негу, так что леди неспешно отобедали и спохватились, что засиделись, когда на улице давно стемнело.
– Что ж, как и обещала, едем к Бомонам! – решила леди Кларенс. – А после, уж не обессудь, Кати, домой, спать. В моем возрасте цвет лица очень зависит от времени сна!
Катарина не возражала. День получился длинным и нервным, но все же ей до дрожи в пальцах хотелось увидеть племянников, обнять их, вдохнуть теплый запах и просто убедиться в том, что выросшие на ее коленях малыши благополучны.
"В доме виконта царила странная атмосфера. Слуги так обрадовались появлению Катарины, что сразу кинулись к ней с мелкими делами, ища одобрения и совета. Дети тоже прибежали, забыв про запрет выбегать в прихожую, особенно вечером. Растрепанный и в домашней куртке Бомон выглянул из кабинета, увидел, что свояченица не одна, и, взяв себя в руки, вышел навстречу, чтобы приветствовать леди Кларенс.
Пока тетушка графа и виконт обменивались вежливыми фразами, Катарина быстро разобрала возникшие сложности, отправила детей в гостиную и приказала подавать чай.