Девушка была без сознания, когда эта мразь касалась ее, и от увиденного в Игнате стало зарождаться что-то черное, страшное, древнее. Ненависть. Ярость. Боль. Желание защищать. Стремление уничтожить.
На мгновение Игнат застыл, чувствуя, как гнев разрывает его сердце на части. Он убьет его. Еще мгновение — и убьет.
Сейл, видимо, решил, что в комнату вошел Геныч и, не поворачиваясь, сказал:
— Давай быстрее ко мне, поможешь.
— Помогу, — ласково согласился Игнат, перед глазами которого стояла алая пелена.
Переставая осознавать действительность, он бросился к Сейлу, схватил его, повалил на пол и начал бить.
— Умоляю… Не надо… Пожалуйста… — выдохнул Сейл, закрывая голову руками. Сопротивляться он не мог — силы были неравными.
Вместо ответа Игнат повалил его на пол, оседлал и начал бить по лицу. Он даже говорить не мог от ярости. Лишь тяжело дышал через рот, чувствуя тяжелый запах крови.
— Остановись, пожалуйста, — раздался вдруг женский голос за спиной. Если бы голос был мужским, Игнат не обратил бы внимания. Но на женский среагировал.
Он повернулся. Позади него стояла подружка Ярославы и смотрела со страхом.
— Хватит, Игнат, — проговорила она. — Ты его убьешь. Я тебя очень прошу… Остановись. Ради Яры.
В это мгновение Ярослава слабо застонала, и Игната вдруг отпустило. Он встал, оставив хнычущего Сейла в покое, подошел к девушке и еще раз оглядел — кажется, они не успели раздеть ее. Значит, не тронули.
Вместо ярости на него нахлынули нежность и боль. За что ей это? За что они с ней так? Из-за него? Хотели отомстить? Это он виноват.
Игнат опустился на кровать, осторожно натянул джинсы на Яру и взял ее на руки. Еще одна волна нежности опалила сердце.
— Идем, — сказал он ее подруге.
— А этот?.. — кивнула она на Сейла.
Игнат недобро усмехнулся:
— А этот подождет дома гостей. Да, Сейл?
— К-каких? — выдавил тот испуганно.
— Которые расскажут, как нужно вести себя с девушками.
Игнат положил Яру на кровать и подошел к Сейлу. Тот тут же закрыл лицо рукой, испугавшись, что его будут бить.