Отойди от девочки, — голос страшный, пробирающий до печёнок.
Странно, но парень ничего не отвечает. Я чувствую запах одеколона. И пальцы, касающиеся моего лица. А потом меня поднимают в воздух.
— Отдай, — слышу низкий рык Артура.
Только тогда открываю глаза и вижу, что опасный и пугающий своей аурой мужчина поднял меня на руки и несёт на выход из актового зала. Он ничего не отвечает. Уверенным шагом, не останавливаясь ни на миг, выносит на улицу.
— Ульяша, — слышу голос мамы, в котором звенят слёзы. — Девочка моя.
— Зацепили парни, когда дрались.
— Ульяна, что болит? Голова кружится? Тошнит?
Мужчина застывает, позволяя маме ощупывать меня.
— Я хочу домой, мам, — жалобно всхлипываю я. — Так хочу домой.
Я скашиваю глаза на Артура, который стоит недалеко. Сжимает и разжимает кулаки. Смотрит исподлобья, будто готов наброситься.
— Я отвезу вас домой, Вероника.
— Хорошо, — голос мамы дрожит. — Спасибо, Алексей.
— Можно я сама пойду? — пытаюсь выпутаться из рук мужчины.
— Сможешь идти? — аккуратно ставит меня на ноги, придерживает за талию.
Я киваю. Хоть голова и кружится, но идти я могу. Мама тут же кладёт мне руку на талию. Придерживает. Помогает мне идти.
Чёрный огромный внедорожник стоит у ворот школы. Мужчина открывает заднюю дверь. Помогает мне. Я наблюдаю за тем, как он помогает забраться маме, придерживая её за талию. Особо долго задерживая руки на её стане. Я хмурюсь. Но зациклиться на этой мысли не выходит. Я вижу Артура, который всё ещё стоит во дворе школы.
Машина трогается с места, и я теряю Артура из поля зрения. Укладываю голову на мамины колени, чувствую, как она пропускает волосы сквозь пальцы. Её пальцы подрагивают. Наверное, слишком сильно испугалась.
Дома мы оказываемся через пять минут. Мама долго осматривает меня на кухне, ощупывает руками, но кроме синяка на лице и копчике я ничего не получила. Смыв с себя усталость и плохие эмоции, я выхожу из ванной комнаты. И слышу негромкий стук в дверь.
— З-з-здрав-в-в-ствуйте ещё раз, — здороваюсь с Алексеем."
"— Цветы для нежной выпускницы, — слова мужчины холодком проходят по распаренной коже.
Он не улыбается. Смотрит цепко в лицо. Отслеживает каждую эмоцию.
— М-м-мне? — заикаюсь.
— Девочке, у которой не задался день, — кивает и протягивает мне букет.
Вкладывает в ладони, и я тут же охаю, когда он оттягивает руки.