Жар огня

Тень сам не понимал, как этой девочке удалось из неприятной обязанности попасть в его ближний круг. Конечно, можно было бы списать все на очарование молодой сирены, еще только познающей свою силу. Так было бы легче, но он знал, что дело не в этом. Слишком много видел в жизни грязи, фальши, предательства – и по достоинству оценил чистоту, искренность, врожденное благородство. Не одиножды погружался в ее воспоминания. Мысли и внутренний мир Лоран манили его своей чистотой, как бриллианты чистейшей воды.

Если бы в этот момент кто-то увидел Главу Тайной канцелярии, то был бы сражен выражением мягкости и нежности на его лице.

Лоргус ласкал взглядом черты спящей, понимая, что последний раз находится к ней так близко. Чутье подсказывало, что теперь Лоран приложит все усилия, чтобы не подпустить его, воздвигнет между ними непреодолимые стены. Тень не мог ее в этом винить… и не имел права мешать."

"Взгляд скользнул по все еще сплетенным пальцам и задержался на парных браслетах. Его жена. Девочка, которой удалось пробудить в душе несвойственные ему эмоции.

Знал, что воспоминания об их близости навсегда останутся островком незамутненного счастья, которое он познал на краткий миг. Бесценными. И в то же время понимал, что не имеет права удерживать ее рядом с собой. В любом случае вынужден будет отпустить.

Еще долгое время он смотрел на свою спящую супругу – пусть и мысленно, но ему доставляло тайное удовольствие так ее называть – и прощался. Наклонившись, в последний раз коснулся на краткий миг девичьих губ и, отстранившись, разъединил руки.

Скрыв браслеты, укрыл Лоран одеялом и поднялся. Теперь уже никто не смог бы ничего прочесть по его лицу. Глава Тайной канцелярии умел держать свои эмоции в узде.

Тень послал мысленный зов брейду и переместился с ним к себе, исчезнув так же незаметно, как и появился.

* * *– Лоран!!!

Мое имя и звук резко распахнувшейся двери вырвали из сна, и я подскочила на постели.

– Ты в порядке? – уже спокойнее произнес Харн, подходя к кровати.

Я протерла сонные глаза и непонимающе посмотрела на принца.

Его взволнованное лицо белело в предрассветных сумерках. Харн так спешил, что даже не оделся! Из одежды на нем были лишь пижамные брюки. Я отвела глаза от голого мужского торса, отмечая, что нахожусь уже в своей спальне. Последнее, что помнила, – как он успокаивал меня, и я засыпала у него на руках. Он меня перенес? Тогда почему ворвался так рано?! Непонимание этого заставило вскинуть на принца вопросительный взгляд.