– Ты уверена, что хочешь этого здесь и сейчас? – Ксейден возвышался надо мной, защищая от стекающих с потолка струй воды, его глаза были закрыты, а волосы всклокочены. – Через пять минут я смогу с комфортом уложить тебя в своей постели.
Он был так прекрасен, что мое сердце болело от одного только взгляда на него.
– Сейчас. – Мои руки гладили его широкие плечи и скользили по метке от челюсти до самого предплечья.
– Сейчас, – согласился он.
В следующем поцелуе не было ничего отработанного или отточенного – лишь желание, подслащенное отчаянием, способным потягаться с моим собственным и оттого еще более жарким.
Его рука скользнула по моей груди, по изгибу талии, а затем принялась одну за одной расстегивать пуговицы у меня на штанах. Его пальцы без колебаний проникли под одежду, прошлись по лобку, раздвинули и погладили нежную, влажную кожу губ, а потом тронули клитор.
Моя спина выгнулась, а я едва не задохнулась от раскаленного удовольствия.
– Даже горячее, чем я помню. – Поцелуи Ксейдена мягко покрывали мою шею, переполняя меня ощущениями, а пальцы дразнили легкими словно перышки прикосновениями. – Проклятье, ты на ощупь словно шелк. Горячий, гладкий шелк. – В его голосе снова появились хриплые нотки, которых мне так не хватало.
Он склонился над моей грудью, и его зубы идеально точно слегка сжали мой сосок, так, чтобы внутри меня плотно свернулось удовольствие.
У меня под кожей накапливалась сила, пока он кружил вокруг моего набухшего клитора, отказывая мне в столь желанном давлении.
– Ксейден, – взмолилась я, впившись ногтями в его плечи, но стараясь не задеть его новый шрам. Каждое движение его пальцев и языка молнией отдавалось в моем организме, электризуя каждый нерв, до тех пор, пока я вся не превратилась в сверхчувствительную тетиву, натянутую туго, но не до конца.
– Я точно знаю, чего ты хочешь, – он скользнул по моему клитору, – и что тебе нужно.
Два пальца проникли внутрь меня.
Глубже. Ближе. Больше. Вот что было мне нужно.
– Так дай же мне это, – потребовала я, покачивая бедрами.
– Я ждал целую вечность, чтобы коснуться тебя.
Пока он усиливал давление, делая движения более плотными и быстрыми, мое дыхание вырывалось наружу прерывистыми стонами, кожа покраснела, нахлынула волна жара.