Точно так же он относился к тем отступникам, кто не пытался спасти себя в Басгиате.
– А ты по-прежнему мудак, как я погляжу. – Кэт скрестила руки на груди.
– Мы тоже теряем всадников из-за вэйнителей, – возразил он. – Мы с вами сражаемся на одной стороне. Но я не буду жертвовать безопасностью нашего движения или наших мирных жителей ради ваших. Если это делает меня мудаком, да будет так. Мы не просто сидим сложа руки под защитой чар. Я рискую своей жизнью, рискую жизнью дорогих мне людей, чтобы поставлять вам оружие из Басгиата, чтобы достроить нашу собственную кузницу и продолжать снабжать вас оружием.
– Достроить кузницу? – Кэт покосилась на меня. – Виконт Текарус с этим бы поспорил. У тебя был даже не один, а два шанса раздобыть светоч, и все же ты ни разу не сделал то, о чем он тебя просил.
– Это не обсуждается, – отрезал Ксейден.
– Ты готов позволить целому королевству пасть жертвой этих монстров, потому что ты… запал? – спросила девушка, наклонив голову.
– Кэт! – резко бросила Сирена.
Мой желудок перевернулся.
«О чем это они?»
Как бы нелепо это ни звучало, речь, похоже, шла обо мне. Но как я связана с каким-то поромиэльским виконтом?
«Неважно».
Тон Ксейдена меня совсем не успокоил.
Тэйрн фыркнул.
«Мы обсудим это позже», – предупредила я, добавив эту тему в и так уже бесконечный список.
– Ты ничего о ней не знаешь, – заявил Ксейден Кэт, после чего вновь повернулся к Сирене.
– Двадцать три? – Сирена вопросительно изогнула бровь.
– Один я оставил себе. – Ксейден даже не думал извиняться. – Или забирай их, или проваливай.
– Ценю твою честность.
А вот это было свежо и удивительно.
– У вас есть около года, прежде чем они окажутся на ваших границах, – предупредила Сирена.
Мое сердце глухо бухнуло в груди.