Вместо того чтобы стрелять энергией, как стрелой – точно и размеренно, – ты просто расплескиваешь ее, как кипящее масло, и надеешься, что куда-нибудь да попадешь. И молния вырывается из неба или земли, в зависимости от типа грозы, – так почему бы не из твоих рук?
Гнев затопил меня, повысил температуру, заколол в пальцах и довел энергию внутри до ревущего бешенства.
– Ты считаешься самым могущественным всадником своего курса – а то и целого поколения, – а на деле ты просто перехваленный фейерверк…
Тут энергия изверглась, и молния полыхнула так близко, что меня опалило жаром.
Феликс покосился направо, где в двадцати футах еще дымилась выжженная прогалина.
Вот дерьмо. Остатки гнева спешно затмил стыд.
– И ты не только не можешь целиться, но даже не контролируешь силу, – произнес он тем же тоном, будто я только что не пыталась спалить нас обоих.
– Я могу контр…
– Нет. – Феликс опустился к рюкзаку у ног и начал в нем копаться. – Это не вопрос, Сорренгейл. Это факт. Часто это случается?
Когда я злюсь.
– Слишком часто.
– Хоть в чем-то мы согласны. – Он встал и протянул что-то мне. – Бери.
– Что это? – Я взглянула на предмет, потом осторожно взяла его из протянутой руки. Стеклянная сфера удобно легла в ладонь. Украшенные резными орнаментами серебристые металлические полоски, делившие ее на четверти, встречались наверху и внизу, а внутри стекла находился медальон из какого-то серебряного сплава размером с мой большой палец.
– Это проводник, – объяснил Феликс.
– Никогда не задумывалась. – От прикосновения к металлическим полоскам пальцы покалывало.
– Нет, тебя никогда не учили. – Он показал на горный склон. – Неумение целиться и контролировать – не твоя вина.
– Ксейден управляет только теми тенями, которые уже есть, – возразила я, подавляя нарастающие чувства, которые, как я боялась, могли привести к очередному постыдному разряду.
– Ксейден может контролировать и усилить то, что уже существует. Поэтому он сильнее ночью. Не бывает одинаковых печатей – и ты создаешь то, чего нет. Ты владеешь чистой энергией, принимающей облик молнии потому, что так тебе проще всего. Оказывается, Карр и этому тебя не учил.