– Ксейден провел большими пальцами по жилке у меня на запястье. – Ты ревновала, потому что ты ревнивая. Ты мучилась из-за слабости, потому что – уж не знаю почему – чувствуешь себя слабой. И страдала от неуверенности, потому что, по-моему, мы пока оба с трудом учимся настоящим отношениям. Признайся в своих чувствах, как в прошлом году, будь со мной честной. Кэт не может зарождать, искажать или даже менять чувства – если только ты сама этому не сопротивляешься. Кэт может только усиливать то, что ты и так чувствуешь.
Я сглотнула, но комок из горла никуда не пропал. Так значит, все это… я.
– Да, хреновое осознание. Мне это знакомо. – Он сплел со мной пальцы. – Она может довести от раздражения до бешеной ярости всего за минуту-две. И да, она охренительно сильна, но и ты тоже. Просто единственное оружие, что у нее есть, – то, что ты даешь сама. Хочешь держать чувства под контролем? Учись.
– Я не могу… – Я почувствовала, как в животе словно пропасть разверзлась. – Я потеряла контроль со времен Рессона, – призналась я шепотом.
Ксейден поднял руку к моей щеке, обводя пальцами синяк на том месте, куда пришелся удар Кэт.
– Тебе придется вернуть равновесие, Вайолет.
И говорил он это намного добрее, чем в прошлом году.
– Но как тут искать равновесие посреди бури из-за Кэт? – простонала я.
Он отвернулся."
"– Слушай, Кэт до тебя добралась, потому что ты сняла кинжалы. Те, с вплетенными V. Это руны для твоей защиты от ее дара. Не расставайся с ними, пока не встанешь на ноги, и она ни хрена тебе не сделает. То же самое случилось и в Кордине. Ты сняла их ради той кружевной фиговины, которая называлась платьем. Ох, как хотелось сорвать ее… – Он клацнул зубами.
– Ты подарил мне кинжалы в прошлом году. – Моя рука опустилась к его ладони.