– Есть что-то уязвимое в том, чтобы стоять голым перед кем-то.
– Вот именно. – Я усмехнулся. – Зачем мне ставить себя в уязвимое положение?
Она выдержала мой пристальный взгляд, ее голос стал серьезным.
– Потому что я попросила тебя об этом.
На мгновение потеряв дар речи, я посмотрел на нее. Она говорила серьезно. Я вышел из-за кресла, сбросил полотенце и выпрямился во весь рост, уперев руки в бока.
Совершенно, блин, голый.
В первый раз я предстал обнаженным перед кем-то с тех пор, как… Неважно.
Совершенно голый.
Тишина окутала нас, и я позволил ей сделать это. Между нами все стало странным, и это была вина Леноры.
– Тебе стыдно. – Она склонила голову набок, на ее лице появилось любопытство.
Я фыркнул. Верно. Ей повезет, если она увидит более красивое тело на обложке журнала о здоровье.
– Чего ты стыдишься, Вон?
Я усмехнулся. Это не имело значения.
Она встала и подошла ко мне, обхватила мое лицо своими крошечными руками. Это почти напоминало материнский жест.
– Ты прекрасен. – Она поцеловала меня в кончик носа, закрыв глаза. – Такой красивый, – прошептала она.
По ее щеке скатилась слеза. Я не понимал, что происходит, и все же почему-то не удивился, когда она заплакала. Мне просто, твою ж мать, не хотелось этого видеть.
Я обнял ее, пытаясь утешить, потому что она… что? Пожалела меня? Ох, черт, это ужасно, но, очевидно, я зашел так далеко только для того, чтобы оказаться внутри нее. Мой план был так близок к исполнению.
Но я не мог его осуществить.
И не из-за недостатка попыток.
Мы обнимались – я стоял голый, а она поливала слезами мое плечо – казалось, минут десять, прежде чем она отстранилась и поцеловала меня в губы.
– Спасибо, – сказала она.
– За что?
– За то, что позволил себе единственный раз побыть беззащитным мальчиком. И за то, что позволил мне увидеть это.
* * *Внизу, в своем подвале, я закурил сигарету и передал ей одну из двух банок пива, которые взял из холодильника Гарри. Он все еще лежал в больнице, его перевели в отделение в центре Лондона, так что пить пиво здесь, ему не светило в ближайшем будущем.
"Лен открыла банку и поднесла ее к губам, не делая ни глотка. Ее глаза блуждали по темному, холодному помещению.
– Это идеальное место для тебя, – сказала она.
– И это говорит вампирша. – Я ответил ей, держа во рту сигарету, и бросил свою зажигалку Zippo на скамейку рядом с ней. Эта скамейка была сделана из мощеного камня. Средневековье, черт возьми.