— Так когда? — от его голоса пробирает до костей.
— Что?
— Когда сочетаетесь браком? — жуткая ухмылка кривит рот, обнажая клыки.
— Нужно выбрать дату, — отвечаю тихо, растираю запястье дрожащими пальцами. — Это нелегко.
— Разве? — вкрадчивый вопрос вынуждает вздрогнуть.
— Необходимо составить список гостей, собрать вместе всех родственников и друзей, найти подходящее место для церемонии, — выдумываю на ходу, воскрешаю память обо всех посещенных прежде торжествах. — А я даже платье не начинала смотреть.
Говорю это и понимаю, что нормального наряда не светит. Слишком мало времени остается до стремительно надвигающихся выходных. Вряд ли в Доминикане будет свадебное платье моей мечты.
Хотя наплевать. Выйду замуж в обычном сарафане. Как раз есть длинный и белый, из натурального хлопка. Гораздо лучше всех этих пышных традиционных облачений, что ужасно напоминают многоярусные торты. Вообще, себя в подобном не представляю.
— Любишь его? — спрашивает Марат.
— Люблю, — выдаю без долгих раздумий. — Иначе бы не согласилась.
— Ну, тогда наслаждайся.
Он смеется. Злобно. Злорадно. Так, что мою взмокшую кожу сковывает морозный иней. А после склоняется и с шумом втягивает воздух у моего враз напрягшегося горла.
— Придет твой черед отдать долг, — жаркий шепот ударяет прямо в артерию.
— Я не…
— Я буду рад получить все, — обдает льдом. — До последней капли.
Марат отступает, а мне не удается разлепить губы. Позади раздаются тяжелые шаги.
Я обнимаю себя руками, пытаясь унять лихорадочный трепет. Впечатление, будто стою абсолютно голая, а в кабинете температура минус сорок.
Что это было? Что?! Черт.
* * *Я беру отпуск. Незапланированный. Во-первых, не хочу пересекаться с озверевшим ректором. Во-вторых, действительно требуется пауза. Силы на исходе.
Усаживаюсь в автомобиль. Поворачиваю ключ в замке зажигания. Бросаю взгляд в зеркало заднего вида и ужасаюсь зрелищу.
Кто эта неизвестная женщина? Не узнаю свой собственный взгляд.
Так выглядят глаза жертвы.
Проклятье.
Замечаю розу на сиденье. Невольно кривлюсь. Раздраженно хватаю длинный стебель и тут же вскрикиваю от боли.
Шип впивается в плоть. Без жалости. Ранит до крови.
Почему я сразу не избавилась от гребаного цветка?
Открываю дверцу, выбрасываю непрошенный дар на асфальт. Чем быстрее вышвырну эту пакость, тем скорее вдохну полной грудью.