Я услышал уже достаточно. И лишь из уважения к графине Диас не стану запирать вас в темнице. Но вы, и обе ваши младшие дочери должны завтра же покинуть дворец и столицу. И никогда больше здесь не появляться.
Кровь отлила от лица леди Бригс. И, похоже, она только сейчас в полной мере смогла осознать, что и кому она наговорила.
— Но, Ваше Величество, вы же лишаете девочек возможности выйти замуж, — взмолилась женщина.
— Думать о судьбе ваших дочерей нужно было раньше. Не тратьте больше мое время. Иначе мне придется вызвать гвардейцев, чтобы выставили вас за дверь.
Услышав про гвардейцев, баронесса Бригс выпрямилась, вздернула подбородок и, подхватив юбки, поспешила на выход. И лишь у самой двери яростно прошипела:
— Эта маленькая выскочка еще за это ответит.
Похоже, жизнь ничему ее не учит, раз леди Бригс не смогла сделать нужных выводов и продолжает во всем винить старшую дочь. Но ничего, теперь у юной графини Диас есть защитники. И она больше никогда не останется одна."
"— Благодаря вашим стараниям баронесса Бригс была столь честна и разговорчива? — поинтересовался я у леди-ректора, когда дверь кабинета закрылась за баронессой.
— Не без этого, — пожала плечами женщина.
— Она же чокнутая последовательница триединого, — ужаснулась леди Волар, — Удивительно только, как не избавилась от бедного ребенка сразу же. Но, видимо, Бредли не позволил. Но после его смерти… — леди-ректор ненадолго задумалась, — Знаете, Ваше Величество, мне кажется, тут дело в завещании или чем-то еще. На сострадание это чудовище в женской юбке не способно.
— Я пришел примерно к тем же выводам, Леди Волар, — хмуро кивнул я.
— И так легко ее отпустили? — тонкие брови взлетели вверх.
— Ненадолго, — заверил я женщину, — Сначала мы разберемся с таинственной смертью графа Диаса. А потом…потом баронесса Бригс ответит за все по закону.
Леди Волар удовлетворенно кивнула, принимая мой ответ, и поинтересовалась:
— Могу я чем-то посодействовать, Ваше Величество?
— Как думаете, граф Диас знал о том, что его супруга последовательница триединого?
— Исключено, — заверила меня леди-ректор.
— А об ее влюбленности в барона?
— Это же был договорной брак, Ваше Величество, — вздохнула леди Волар, — Если родители баронессы и знали, то точно не стали бы ничего говорить Бредли.
— Я понял. Сможете выяснить, кто накладывал заклинание на перстень графа Диаса?
— Я постараюсь, — заверила меня леди-ректор, а после покинула мой кабинет.
Меня же ожидало много дел, и долгая, бессонная ночь.