Уже не знаю, отчего у девушки проснулись столь яркие инстинкты, однако же отказывать себе и ей в удовольствии я не стал. Спустя час, насытившись и сбив первый накал чувств, мы лежали на спине, а Эсрай, подперев кулачком подбородок, водила пальчиком по моей груди, отмечая обилие шрамов.
— Откуда их столько у совсем юного человека?
Прозвучало это так, будто меня бабушка пожурила, но я настойчиво отогнал от себя подобные ассоциации, поглаживая обнажённое бедро девушки.
— Я же говорил тебе про пустотные гранаты. Это следы.
Затем она повела пальцем ниже и указала на колено:
— А здесь? Здесь я тоже вижу проблему, которую не исправить. Хочешь попрошу маму о помощи? Или отца… Он тебе новую ногу сделает, лучше этой, из серебра!
Прикинув мягкость серебра и собственный вид с подобным улучшением божественного толка, я хмыкнул.
— Благодарю за предложение, но, пожалуй, откажусь. Раньше нога и вовсе не функционировала нормально, но мне помогло одно существо, подарив мне на память часть себя за подаренную свободу.
— Выходит, ты даровал свободу не только мне, — задумчиво и столь серьёзно улыбнулась Эсрай, что в этот момент я поверил, что ей многие тысячи лет. Хоть выглядела она совершенно юной прелестницей.
— Выходит, что так.
— Я знаю, о чём ты думал перед тем, как решился дать мне свободу, — уже совсем другим тоном без намёка на страсть ответила дочь Луны и Серебра. — Ты пожертвовал богатством рода ради моей свободы. А я не хочу быть должницей.
— Ты поэтому решила мне отдаться? — задал я прямой вопрос, не подумав, и тут же приготовился получить шквал негодования.
— Нет, дело совсем не в этом. Чтоб ты знал: лить серебряные слёзы я могла, пока была не тронута мужчиной. Сейчас же эта способность пропала, и если кто-то ещё захочет меня пленить, то у него не получится выдрать из меня ни крошки силы таким образом.
Ах вот оно как на самом деле! А барышня, оказывается, вполне себе не глупа, совместила приятное с полезным: и заранее себя обезопасила от повторного рабства, и плотским утехам отдалась.
— Но я должна тебе сказать, что я не надеялась на подобный результат. Мне понравилось, — улыбнулась она. — А потому про перстень я не шутила. Если тебе когда-нибудь понадобится помощь — не только с Нифельхами — позови меня, и я приду. А чтобы ты не думал, что пожертвовал ради меня благосостоянием рода, то открою тебе маленькую тайну: моих слёз хватит ближайшим десяти поколениям вашего рода для выработки серебра в этом месте.