«И эта хрень столько весила?» — удивился я, но потом мой взгляд упал на части ящика, внутренние стенки которого были залиты не то металлом, не то имели прослойку из каменных плит.
— Симпатичный камешек! — тут же по-женски потянула свои руки к пирамидке Юмэ, но тут же получила по ладоням.
— Не тронь! Мама в детстве не учила не трогать чужие родовые артефакты?
Магический фон от пирамидки видел только я. Для меня в энергетическом спектре она сияла ярко-алым заревом, причём такого размера, что можно было лес сжечь к чёртовой матери.
Вот уж не знаю, что такого пытались вывезти японцы, но это явно был некий мощный артефакт.
— Не учила, — передразнила меня японка. — Дед учил, тащи всё мало-мальски ценное, потом перепродадим. И вообще, это имущество Японской империи, а я тут её единственная подданная. Так что руки прочь от имперской собственности! — фыркнула кицунэ и вновь в наглую двинула к гнезду.
— Крылатик! — дал я команду химере, и тот мигом схватил девицу лапами и поднял в воздух на пару метром, чтобы не трепыхалась.
Я осторожно осматривал каждую сторону, вчитываясь в пылающий текст, от которого даже глаза слезились. А текст гласил:
'Азъ єсмь огнь, тьму разгонѧй!
Азъ єсмь Фениксъ, ѿ пепела міра возстаѧй!
Азъ єсмь пламень, не угасаѧй!'
— Чьей, говоришь, собственностью был артефакт? Японской империи? А у вас есть род под покровительством Фениксов? — перед разговором я кивнул химере, чтобы та перевернула девицу голой вверх.
— Ты! Ты! Ты-ы-ы!!! — у неё не хватало слов.
— Я! Я! Я-а-а-а! — пришёл мой черёд передразниваться. — Так что насчёт фениксов?
— Ты любовался моей красотой и теперь ещё и требуешь ответов? — наконец, сформулировала хоть что-то адекватное кицунэ.
— Прошу вспомнить, что ты мне лично эту красоту три дня назад во всех ракурсах в моей собственной спальне демонстрировала и не стеснялась! — не остался я в долгу, подбирая заодно куски ящика и пытаясь приладить их обратно. Судя по эффекту, внутренняя поверхность была для экранирования энергии артефакта.