Она то и дело на них зыркала, но при этом сохраняла молчание и шла с высоко поднятой головой. Лишь скользнув взглядом по противоположному концу улицы, девица узнала меня.
Перед тем как сесть в автомобиль, Юмэ резко подняла руки так, чтобы длинные рукава кимоно обнажили её запястья. На них я обнаружил странного вида не то колодки, не то браслеты.
«Угадал», — подумал я.
Становилось понятно, что, если бы она могла, то уже давным-давно сбежала бы. Но эти колодки… Вокруг них сила даже не мерцала. Они казались обычными деревянными накладками шириной примерно сантиметров семь-восемь и толщиной в пару сантиметров.
Отчего-то мне подумалось, что это вполне могла бы быть пустотная магия, ведь её я также не вижу внутри своего тела.
Если я прав, то Юмэ каким-то образом отрезали от её магии, запретив куда-либо покидать посольство. И только что она ненавязчиво попросила меня о помощи, продемонстрировав браслеты.
Что ж, посмотрим, что можно будет сделать.
Оставив якобы поломанный экипаж, я выпряг из него одного коня и верхом направился на некотором отдалении следом. Автомобили, хвала богам, двигались не так быстро, как им бы хотелось. На процессию японскую многие в столице обращали внимание, однако же весть о начале войны ещё не взбудоражила общественность, а потому в японцев пока не бросались гнилыми помидорами и не пытались выместить на них злобу за нападение. Поэтому восточники пытались убраться как можно скорее, чтобы не подпасть в том числе и под народный гнев.
Сообразив, что процессия двигается за пределы столицы на воздушное поле, я прибавил скорости и обогнал её. Там к погрузке готовился японский дирижабль, забирая своих подданных и планируя увезти их с территории страны. Вокруг сновало огромное количество безопасников в гвардейской форме Пожарских. Глядя на тщательные досмотр всех вещей, создавалось впечатление, что их выдворяли из страны.
Внешность поменять себе я не мог, зато вполне мог изменить форму, создав поверх себя иллюзию формы работников воздушного порта, загружающих тяжёлые тюки и баулы на дирижабль после предварительной проверки.
«Вот уж не знаю, что нужно было возить с собой такого необходимого, чтобы это весило так много», — удивлялся я про себя. Но чей-то багаж помог проникнуть мне в грузовой отсек дирижабля.