Ричарда Ленокса выпустили после внесения залога в размере трех тысяч фунтов за соучастие в саботаже и непредумышленном убийстве.
Эта новость прогремела во всех газетах Великобритании. Репортеры столпились у дверей дома Алекса и моего дяди, чтобы заполучить эксклюзив. Моя фотография снова появилась в новостях, сопровождаемая такими сенсационными заголовками, как: «Наследница Лейтонов требует свое состояние» или «Николь Лейтон против Lenox Executive Aviation».
Мне же хотелось лишь одного – исчезнуть.
Я сидела перед камином в доме своего дяди, когда мне пришло электронное письмо от Алекса.
Впившись взглядом в пламя, которое безрезультатно пыталось согреть мое ледяное тело, что оставалось холодным, словно этот холод поселился во мне, даже и не думая о том, чтобы исчезнуть.
Мне потребовалось еще несколько секунд, чтобы набраться смелости открыть его, и мое сердце сжалось, когда я прочитала прощание, которое он, несомненно, адресовал мне.
"Дорогая Никки:
Я сожалею обо всем, что нам пришлось узнать. Мне жаль, что моя семья несет ответственность, пусть и косвенную, за потерю твоей семьи. Мне жаль, что я вытащил тебя с твоего маленького острова и заставил тебя понять, каким ужасным может быть этот мир.
Ты права, твое место на Бали, где животные ищут твоей заботы и внимания, где твое утро начинается с обнаженного купания под первыми лучами солнца, где твой дух так же свободен, как твои босые ноги на любой местной тропинке, где ты не переживаешь о том, с чем можешь столкнуться на своем пути…
Мне хочется запереть тебя в стеклянной клетке, потому что ты так прекрасна, как снаружи, так и внутри, что мой собственный эгоизм берет надо мной вверх.
Ты заслуживаешь того, кто будет заботиться о тебе и кто будет питать твой дикий дух.
Я так и не успел сказать тебе, но этот идиот Нейт заблокировал тогда твой номер на моем телефоне. Он видел, каким расстроенным я ходил после возвращения с Бали, поэтому решил взять дело в свои руки.