Эта татуировка, – он поворачивает ко мне руку, – означает то, что я один из тех, кто обучает, как прекрасна бывает боль и как этого добиться. Ты называешь людей, которые предпочитают иное, отличное от тебя, больными. А тех, кто им причиняет это, чудовищами. Так вот, я их предводитель. Я веду их за собой, и мне подчиняются. Монстр, живущий со страхами в тебе, это я.
Мгновенно заканчивается кислород в лёгких, как будто его перекрывает невидимая рука на горле и давит на меня, сжимая всё сильнее. А доступа к новой порции нет.
Семнадцатый шаг
Ощущаю, что тело начинают покидать все жизненные функции, голова тяжёлая и в то же время такая лёгкая. Мир перестаёт быть красочным, словно чёрно-белое кино, а зрение мутнеет.
– Мишель, дыши, – меня хватает за плечи Ник и немного сжимает их.
Я не вижу его, хотя лицо так близко ко мне. Все чувства притуплены. В голове бьются только сказанные им слова, и они обретают смысл, подкрепляясь фактами нашего знакомства.
– Дыши, крошка, давай, – рычит он, и я приоткрываю рот.
Губы пересыхают, пока пытаюсь сконцентрироваться на Нике, но получается с трудом. Тело дрожит и не желает возвращаться к реальности.
– Смотри на меня, посмотри в мои глаза и дыши, – шепчет он, и кладёт свою ладонь мне на щёку.
Я начинаю тонуть в тепле его горячего шоколада глаз моргая. Мои руки цепляются за его плечи, впиваюсь в них ногтями, чтобы не упасть. Его ладонь такая нежная, заботливая и… грязная.
– Скажи, что это шутка… нелепая шутка. Тут стоят камеры… Райли выпрыгнет… шутка… ты не можешь быть им… не можешь людям причинять боль, – молю его едва слышно, но он сжимает губы, что они от силы этого действия белеют, и убирает свою ладонь с моего лица, поддерживая меня за талию одной рукой.
Никакого ответа, Ник резко притягивает меня к своей груди и сжимает в своих руках, растирая мою спину.
– Скажи это, – всё ещё прошу, не веря в его слова, отрицая их. Не знаю отчего, но в груди так сдавленно всё хрипит, и я слышу, что это моё затруднённое дыхание с таким звуком и нежеланием вырывается изо рта.
– Отпусти… не трогай меня, – дрожащим голосом пытаюсь кричать, но у меня не выходит. Мне даже не надо его бить, он подчиняется и аккуратно отрывает от меня свои руки, но отойти ему не позволяют мои схватившие его за кофту.