Но сейчас активируются все мои познания в географии Канады, ведь они говорят именно о городе.
– Да, отец Николаса был наследником империи Холт…
– Мама, – обрывает её Ник, и я начинаю хмуриться.
– А почему бы ей не узнать, сынок? – Мягко спрашивает Эмбер.
– Мама, брат прав, Мишель нам никто и рассказывать ей семейные забытые байки не стоит. Она юна, и ей это совершенно неинтересно, – Люси растягивает губы в самодовольной улыбке, желая оскорбить меня, но моё внимание всё приковано к Нику, и я жду от него пояснений.
Но он молчит, хмурит брови, на его лице отстранённое выражение, только глаза горят дьявольскими мучениями. Поддаюсь порыву и кладу ладонь на его бедро, немного сжимая его ногу под тканью джинс, желая снова напомнить ему, что я рядом. Он переводит глаза на мою руку, а затем на моё лицо и глубоко вздыхает.
И снова за несколько секунд принимается важное решение. Он разрешает мне войти к нему в душу.
– Мой отец, Кристофер Холт – был наследником империи, пока его отец не умер от сердечного приступа, а сам он не проиграл всё состояние.
Знаю, что это лишь верхушка, он не вдаётся в подробности, чтобы не затронуть чувств мамы, хотя не скажу, что она как-то придаёт значение прошлому.
За столом повисает та самая театральная пауза, когда все актёры забыли свои слова, а зал вот-вот начнёт кидаться помидорами.
– А ты, Люси, чем занимаешься? Тоже живёшь в Торонто? – Нахожу я вопросы и обращаюсь к удивлённой девушке.
– Я мама, – отрезает она.
– Это здорово, – улыбаюсь и беру в руки бокал с лимонадом.
– Мишель, ты должна увидеть мою внучку. Она просто принцесса, ей уже семь лет. Такая красавица, сейчас они с отцом поехали навестить других бабушку с дедушкой и вернутся только сегодня поздно вечером, – вливается в разговор Эмбер, и я киваю.
– Она одна? – До меня доходят слова, и теперь моя очередь удивляться.
– Да. У меня одна дочь, пока больше не планируем, – надменно высказывается Люси и подхватывает бокал с вином.
– Если ей сейчас семь, то родила её в семнадцать или восемнадцать, то есть ты не училась нигде после рождения и до сих пор не работаешь, хотя твоя дочь уже взрослая и не требует смены подгузников.