Труд по разведению свиней, птицы, выращиванию овощей, ягод и фруктов не учитывался. Питались бы магазинным, ни копейки не отложили бы. А у них получалось!
Сын Вовка просил компьютер. «Сперва – машина», – был отцовский ответ.
К Гришиной мечте все относились с пониманием, уважали. Братья и сестры, если в долг и просили, то отдавали вовремя. Мама Вера, чье хозяйство процветало, держалась фермершей. Соседки завидовали: их сыновья и зятья либо пьянь, либо лодыри. А Гриша пахал на огороде от зари до зари. По выходным и в отпуске.
Теща Гриши постоянно жаловалась на здоровье. Выгонит самогонку и заявляет: «Это на мои похороны». Умирала она уже лет пятнадцать. Гриша только усмехался: пусть поплачется на свои больные ноги-руки и внутренности. Главное – вкалывает за троих. Самогон – опять-таки экономия, не надо на казенную водку тратиться.
Мечта о личном автомобиле грела Гришу и освещала его жизненную дорогу, так Полярная звезда древним мореплавателям указывала направление пути сквозь штормы и бури.
Автомобиль превратился в своего рода фетиш, идол, которому вслед за главой семейства все поклонялись, чье воцарение ждали как милости небесной.
Гриша мог часами говорить об автомобилях, преимуществах и недостатках разных моделей. У какой движок плохой сборки, у какой жестянка худая, где электрика страдает, где подвеска подводит, кто много бензина жрет – подними Гришу среди ночи – расскажет. Знания он черпал из автомобильных журналов, которых развелось немало. Марина на приобретение периодики не крысилась. В том смысле, что могла бы заявить: «Тратишься на журналы, когда у сына нет осенней куртки».
Три полки книжного стеллажа плотно затрамбовали Гришины журналы. Он справедливо прослыл авторитетом в области персональных автомобилей.