Но мои проблемы – не твои проблемы.
– А папа?
– Он был единственным, кого я впустила.
– И что?
– Откуда у тебя манера говорить и спрашивать междометиями и союзами – «и что?», «а то?», «ну, и?».
– От Наташки Суворовой. Она вообще на звуки переходит. Представляешь, клеится к ней какой-нибудь ботаник, а Наташка скривится, пальчиком в сторону потыкает и «с-с-с-с-с» произносит. С таким пренебрежением, что всем, включая ботаника, становится понятно, какое он чмо и должен мелко трусить за горизонт. У меня так не получается.
– Это же не рай. Возможно – наоборот. Его нельзя осуждать за то, что, увидев мою подноготную, не приклеился навечно.
– Мама! – заорала Дарья на всю мощь легких.
Мама осуждающе покачала головой, воткнула указательные пальцы в уши и потрясла, избавляясь от треска в барабанных перепонках.
– Мама! – перешла на громкий шепот Дарья. – Ты себе цены не знаешь! Таких, как ты, – одна на миллион.
– Дарья, тебя опять уносит.
– Скажешь, я неправильно говорю?
– Скажу другое. Как ты, дочь, на меня не похожа! И какое это счастье!
– Не понимаю.
– И хорошо. У тебя еще вся жизнь для осмысления. Было бы обидно сейчас сразу все понять, разложить по полочкам.
– Они все время спрашивают: чего ты хочешь, чего ты хочешь? Им только свистни. Я похожа на умирающую девочку, которую напоследок балуют.
– Что за дикие сравнения! Полагаешь, это красиво, благородно – корыстно использовать чувства пожилых людей?
– Нормально! За свои подарки бабы и деды имеют полный комплект проявления моей любви.
– О, господи! – тихо ужаснулась мама.
– Чего «господи»? Я их люблю? Люблю! Я не врала? Не врала! Кому плохо? Только тебе, потому что в твоем футляре плохая вентиляция."
"Мама встала и вышла, прекратила-отсекла дальнейшие разговоры.