Она прорыдала в объятиях сестры всю дорогу, потому что не знала, как такое могло быть, но на кадрах была действительно она. Ладно, за тем мужиком видно только лицо, но там, где она обнаженная призывно смотрит в камеру и улыбается, предлагая себя, точно была Дана. И конечно, Даниял сразу поверил. Потому, что узнал.
Потемневшие отметины ниже ключиц и возле груди Даниял не мог не узнать, он лично их оставил, это были следы его любви. Это он расставлял их в исступлении в последнюю ночь перед отъездом. Ее единственный мужчина.
Кожа на голове пекла, будто ее живьем содрали — видно, Аминат, срывая фату, разодрала ее шпильками. Теперь там саднило и жгло, но это были такие мелочи по сравнению с тем, что творилось в ее сердце.
Рустам привез их в гостиницу и приказал собрать вещи, сам он остался ждать в холле у ресепшена. Ольга бестолково сновала по номеру, запихивая вещи как придется, а Данка сидела, безучастно уставившись в стену невидящими глазами.
— Я этого так не оставлю, — ругалась сестра, в пятый раз перекладывая расческу из дорожной сумки в свою и обратно, — еще чего не хватало! Что ты там себе придумала, я не знаю, но вот вернемся домой, я найму адвоката…
— Нет, — мотнула головой Дана, — нет, Оля.
— А тебе что, жалко его стало, да? И хватит нести тот бред, что на видео ты. Скажи еще, ты и с мужиком тем трахалась.
— Нет, — Дане даже языком ворочать было тяжело, — ты же знаешь, что нет. Но это я, Оль, я понимаешь?
— Данечка, — Ольга присела перед младшей сестрой на корточки, — слушай, а этот твой мудило точно не снимал тебя на телефон?
Данка снова несколько раз мотнула головой, кожа так и продолжала саднить.
— Мы с ним… — она мучительно подбирала слова, — я ему… он просил…
— Ясно, по видеосвязи трахались, — вздохнула Ольга. Как все врачи она была удивительно прямолинейна в высказываниях и не щадила даже собственную сестру. А потом и ей изменила выдержка. — Постой, Данька, ты считаешь, что это он? Записал видос и слил?
Данке стало мучительно стыдно перед сестрой.
— Слу-у-ушай! А у него не могли стянуть записи?
— Нет. Он ничего не держит в телефоне, это же Даниял! У него все в облаке и все запаролировано.
Оля тихо выругалась себе под нос и продолжила сборы.