Даниял… Что ему нужно, он что, здесь? Судя по тому, как Оля спокойно ответила на звонок, он звонил с местного номера, неужели их вычислили? Но как, по телефону не могли, Ольга давно отключила геолокацию, дядя Сережа посоветовал.
— Я могу поговорить с Даной? — оказывается, Оля включила громкую связь, и знакомый голос буквально разорвал ее на мелкие части. А она думала, что все уже ушло…
Сестра подняла глаза на Данку и протянула телефон, будто спрашивая. Дана на секунду замешкалась, а потом вспомнила о тестах, так и лежащих на салфетке в ванной.
Ольга метнула быстрый взгляд на ладонь Даны, прикрывающую живот, ее глаза сузились и заполыхали."
"— Нет, Дан, ты больше не сможешь с ней говорить, — она буквально чеканила слова, будто сплевывая, а сама вцепилась в дверной косяк так, что даже пальцы побелели. — Даны больше нет. Моя сестра была беременная, от тебя беременная, Даниял, каким бы лживым фото ты ни поверил.
Она нажала на отбой и отбросила телефон, словно тот был раскаленным куском металла, а затем закрыла лицо руками.
— Если хочешь, я перезвоню и скажу, что это неправда, — глухо проговорила Оля, не отнимая от лица ладоней.
— Нет, — прошептала Дана, ошеломленно глядя на сестру, — не надо. Все правильно, Олечка. Ты все правильно ему сказала. Только… почему двойня, Оля?
— Я… я не знаю, Дана. Само собой вышло.
— А почему мальчик и девочка, разве на таком маленьком сроке видно?
— Иногда видно. Да какая разница, думаешь, он разбирается?
Телефон снова взорвался мелодией вызова.
— Это снова он, Дана. Надо что-то делать.
И набрала Волошина.
* * *Они с сестрой разошлись по комнатам, избегая смотреть друг другу в глаза. Лежа в постели, Данка не переставала думать, пока не поймала себя, что все время держит руку на животе. Так странно было осознавать, что там внутри ребенок Данияла. Его сын или дочь.