Отвратительное месиво из крови, мозгов и черепной крошки выплеснулось наружу, попало Леону на лицо. Его едва не стошнило.
Мизинец и Бобер в это время палили в джип. Оказывается, он не был бронированным – пули прошивали его насквозь. Но до водилы они не достали. Машина на полной скорости завернула за угол дома и была такова.
– Уходим! – скомандовал Леон.
Их «девятка» стояла там, где ей и положено было стоять. Мало того, двигатель был заведен. Кот не спал, видел, как они расстреливали Михея.
Леон занял место на переднем сиденье.
– Кот, аптечка где? – грубо спросил Мизинец.
– Где, где... Все там же... Руку назад протяни...
– А-а, есть, – отозвались сзади.
– Зачем аптечка? – спросил Леон.
– Да Бобра зацепили...
Это было новостью.
Леон резко обернулся.
– Да ты не ссы, командир, – встретил его насмешливым взглядом Бобер. – Тебе же говорят, зацепили меня...
Он показал ему правую руку. Пуля прошла вскользь. Всего лишь сорвала кожу с предплечья и мяса самую малость вырвала. Ничего серьезного. Сейчас Мизинец сделает перевязку, и все будет в порядке.
– Я в него, козла, а он в меня... – рассказывал Бобер. – Я его наглушняк, а мне только ссадина.
А ведь могло быть и хуже. Леон вспомнил движение воздуха над своим ухом. Еще бы немного, и лежать бы ему сейчас в квартире Татьяны с пробоиной в черепе. Но ему повезло. Как повезло и Бобру. Они оба опередили профессионалов. Значит, они и сами профессионалы. Профессиональные бандиты... От этой мысли Леона передернуло.
– Этот пес церберов своих на нас натравил, – это Мизинец о Михее. – Он чо, в натуре, в курсах насчет нас был?..
– Да не, это, типа, перестраховка, – рассудил Бобер.
– А чо он, козел, так поздно к хорю своему зарулил? – спросил Мизинец."
"– Да делов до задницы. Граф наезжает, то да се... Закрутился, дятел, а все одно к телке своей намылился, – засмеялся Бобер. – Палка, в натуре, зачесалась...
– Дел у Михея много, – согласился Леон. – Стволы бы надо сбросить, «замазались» они... Да нельзя...
– Чего?
– Предчувствие...
В душе у Леона смутно нарастала тревога.