Но этого напоят и домой увезут. А Граф останется с ней. Вместе они отправятся к нему домой. Давно уже они не были вместе.
Наташе уже двадцать лет. Замуж пора. Наследника рожать. Наследника. Именно, наследника.
Граф держит под собой целый город. У него своя криминальная империя. Все, что есть в Задворске, под его контролем. Но у него имеются и собственные коммерческие структуры. Когда он умрет, все это достанется его наследнику... Только Наташа не торопится его рожать. А сама она в бизнесе ни черта не смыслит. У нее тряпки одни на уме – профессия будущая обязывает.
Парень из его организации за ней увивался. Булат. Нехилый пацан. На все сто оправдал доверие Графа. А он погнал его прочь от Наташи. Но дочь и сама его знать не хочет. Не нравится он ей.
Незачем Наташе выходить замуж за такого, как Булат. Ей прочная семья нужна. А у бандита век недолог. Хлопнут его на разборке, и останется доченька вдовушкой, а сын их – если к этому времени родится – сиротой.
Ей мужика нужно обыкновенного, от криминала чтобы подальше стоял. Интеллигента какого-нибудь, тихого, смирного...
Но ни с кем у нее не ладится, ни к кому она присохнуть не может.
* * *Гости усаживались за стол. И тут появилась Маргарита Витальевна с кавалером. Высокий широкоплечий парень с волевым лицом. Костюм-тройка как литой на нем сидит. В каждом его движении сила и уверенность. А еще волны мужского обаяния.
Не красавец он. Но настоящему мужчине красота необязательна.
Где-то она его уже видела. Вспомнила... Да это же Леонтий, тот самый парень, которого она отшила каких-то пару месяцев назад...
Наташа испытала настоящее потрясение.
Леонтий был неотесанный чурбан. И вот он попал к Маргарите. И она придала ему лоск и обаяние, как раз то, чего ему не хватало. И одела его по моде тридцатых годов. Теперь он не банальный бандит, каких много, а припудренный романтикой американский гангстер первой половины столетия.
Наташа ошеломленно смотрела на Леонтия.
Маргарита виновато улыбнулась Наташе и подошла к ней.
– Поздравляю...
Наташа слушала ее вполуха. Она вдруг стала вызывать в ней раздражение.