Герцог Арно станет никем! Жалким, никчемным ящером, который до конца своих дней будет помнить, что погубил свою пару. Возможно, он сойдет с ума…
— А ты уже, — тихо выдохнула я и окончательно «уплыла в туман».
Ушла боль, что сдавливала грудь, исчезли эмоции, я смотрела, но ничего не видела, кроме фиолетового тумана. Он оглушил меня, выпил, оставив пустую оболочку. Безразличную и бессовестную.
Возникшая в тумане драконья морда тоже не вызвала во мне никакого отклика. Она словно пыталась пробиться сквозь полупрозрачную преграду, грозно щелкала зубами и… Рычала?
Дракон был в ярости.
— Адептка Ри, вы получили неуд по трансфигурации! Граф Онери требует вашего отчисления! А магистр Ноа радостно потирает руки!
Этот шовинист?!
Незнакомое слово, заставило ощутить себя мячом, который резко выбросило со дна на поверхность. Должно быть, я в самом деле дернулась всем телом, потому что его пронзила резкая боль.
А дракон не унимался:
— Адептка Ри, вы совершенно безответственно отнеслись к своему главному предназначению! Предпочли учебу в магической академии долгу перед семьей!
— Я не выйду замуж за Ноа! — прокричала я.
Или мне только показалось, что я кричала, а на самом деле из моего горла вырвался слабый писк? Но следом я услышала уже не драконий рев, а сбивчивый мужской шепот:
— Вот так, давай, девочка! Злись! Борись! Если хочешь, я притащу сюда Ноа за шиворот и заставлю просить прощения?
Этот сможет.
— Лучше Юргена.
И в следующий миг дракон исчез, туман развеялся, а я очутилась в мужских объятиях.
Глава 38
Значит, не показалось…
Сейчас я не могла понять: радует меня это или вызывает досаду.
Но пока я вынужденно грелась в самом удобном и надёжном на свете ложе, растерянность сменилась волнением. Лапать меня никто не торопился. Напротив — в каждом прикосновении Ренара ощущалось одно лишь желание — защитить. Да… Это то, что мне сейчас было нужно.